Плевать на все остальные княжества — мне достаточно и этого клочка земли.

Ещё сто лет назад все князья подчинялись единому, Великому Князю Киевскому. Но у потомства Рюрика множились раздоры, князья отказывались платить дань, знать хотела иметь своего собственного князя, который бы представлял их интересы. Киевская Русь распалась, начался удельный период. А эпоха безумия этому только поспособствовала.

Теперь Новгородский князь сам себе хозяин. Никому не платит, никому не подчиняется. Да и удельные князья обрели намного больше свобод.

Мы можем засесть здесь, в Стародуме, и жить без оглядки на окружающий мир.

У нас есть целая гора духовных доспехов и клинков, если верить Волибору. У нас есть парень, который кулаком легко пробивает каменную стену. Все кости на нашей стороне, надо лишь правильно их разыграть. Мы будем жить в гармонии, никем не потревоженные.

— Нет, — говорю. — Мы не будем никого захватывать. От безумца мы уже избавились, так что сейчас другие князья станут друг друга бить, а мы будем сидеть на своей стене и попивать холодную водицу, глядя на их сражения.

— Ты что, смеёшься? Хочешь сидеть здесь?

— Именно.

— И князем Новгородским тоже не хочешь быть?

— Неа.

Внезапно брат прищуривается. Он выглядит так, будто знает какой-то секрет.

— Воевода сказал, что ты умеешь перенимать силу у других людей, даже мою.

— Да, — говорю. — Только вчера её открыл.

— Это хорошо. Ты ещё изменишь своё мнение. Когда ты станешь настолько сильным, как я, ты не усидишь на месте. Ещё увидишь.

Может он и прав. Может я изменю своё мнение. Но сейчас нам нужно позаботиться о людях, оказавшихся в трудной ситуации.

Безумец мёртв, скоро на Новгородскую землю придёт людоед. А ещё князья начнут воевать друг с другом, стараясь отхватить клочок побольше. Ярым острогом кто-то завладеет вместо Фомы Сивовича. Кто-нибудь обязательно придёт в Вещее, чтобы потребовать и дальше платить оброк.

Но мы больше не обязаны это делать. Новый удельный князь Стародума не будет никому подчиняться. Вместо того, чтобы устраивать резню в чужих землях, лучше заняться своей.

Неждан отходит от нас, рассматривает Стародум, задрав голову.

— Неплохая у нас крепость, конечно. Тимофей, где твои покои? Мы теперь будем жить вместе как два самых близких друга.

— Мы не будем жить вместе, — говорю.

— Почему?

— Потому что мне нужно моё собственное пространство, где я могу побыть один.

— Ладно, тогда я займу покои рядом с твоими.

— А вот это можно.

Неждан бежит к замку, чтобы поскорее подняться на самый верх и посмотреть на свою комнату. Мы же все остаёмся снаружи, глядя ему вслед. Этот парень свалился как снег на голову. Он легко мог бы переломать кости каждому из присутствующих людей, но выглядит так, будто на самом деле очень ценит наши братские узы. И будет подчиняться моим приказам только потому, что я — старший.