— Давай я ему вмажу, — влезает Никодим и опускает кулак мне на макушку.

Этот слабый тычок я почувствовал, но лишь отдалённо. Четвёртая ступень позволяет быть чуть сильнее и чуть крепче, но этого недостаточно, чтобы стать таким же неуязвимым, как Неждан.

— Хочешь ещё? — спрашивает Никодим. — Я могу.

— Мы ведь со Светозарой уже сказали тебе. В следующий раз вы пойдёте с ней в лес без меня, а потом мы с тобой без неё. И всё будет честно.

— Ничего это не честно! И вообще, я с тобой не разговариваю.

— Ладно, — говорю. — А то место как тебе?

— Земля бедная, — после паузы отвечает парень, хотя уже сто один раз повторил, что не разговаривает со мной. — Не подойдёт.

Вскоре мы находим подходящий участок, где будет удобно сеять и собирать урожай. Очень близко к Стародуму, к тому же земля ровная, не придётся соху под горку таскать. Осталось только обработать это место… через несколько дней каждый человек здесь уработается в край.

— Да, — тянет Никодим. — Не завидую я тебе. Всё село жаловаться будет, что ты им новую работу даёшь. Признайся, ты же очень любишь мучить людей.

— Это да, — говорю. — Особенно тебя.

— Так и знал! Всё делаешь для того, чтобы с меня семь потов сошло. Нравится как я жалуюсь, да?

— Очень…

Хорошо, что Вещее — село ратной сотни. Если бы мы были обыкновенной деревней, то мой приказ о переносе поля поближе к крепости восприняли бы в штыки. Выполнили бы, но поливали бы дерьмом в каждом доме. Однако наше поселение основали воины, много поколений они же здесь и жили. Так что мой приказ восприняли хоть и без энтузиазма, но и без дополнительных вопросов.

Нужно — значит нужно.

Вот она. Железная дисциплина.

Да, пожалуются в процессе: никому не нравится упахиваться, когда и без того работы навалом. Но на этом всё ограничится. Наша ратная сотня прекрасно понимает, для чего это делается. По крайней мере я не прошу обрить всех девственниц, чтобы из волос верёвку сделать. Молодые девушки могут спать спокойно — никому не нужны их кудри.

Вскоре на будущем поле собираются первые мужики.

— Так, братан, скажи что делать, — Неждана распирает энергия. — Что пахать? Что садить? Хочешь, я за соху стану?

— Хочешь поработать?

— А то! Трудиться хочу. Будем с тобой закапывать еду, чтобы выросла новая еда. Как самые настоящие крестьяне, земледельцы.

— Ты вообще работал когда-нибудь?

Неждан пожимает плечами.

— Как-то раз бабуся одна попросила коровку убежавшую вернуть. Рядом с Рязанью было, как сейчас помню. Корова в лесу потерялась, но ничего живая. Так я её на руки взял и назад к бабке. Так что вот, работал, как видишь.