– Я так не люблю, когда вы с Дроздом ругаетесь. – Она отстранилась.
– Я тоже не люблю с ним ругаться. – Он слегка улыбнулся. – Но, видимо, этому никогда не суждено измениться.
– Ты же знаешь, он переживает за тебя. – Ее руки опустились на плечи Скворца. – Поэтому и ведет себя так. На самом деле он тебя любит. Не думай, что он какой-то злодей.
– Я так не думаю. – Скворец поцеловал Соловушку в лоб и оперся подбородком ей на макушку. – Я не ходил туда.
– Хорошо. – Соловушка взяла Скворца за руку. – Идем спать?
На радость Дрозду, Скворец вернулся с пустыми руками. По нему сложно было сказать, но Скворец знал, что Дрозд рад тому, что Скворец выбрал их, а не слепую месть. По крайней мере, Скворец не спешил разубеждать его в этом. Он лег на спальный мешок, запрокинув руки за голову, и посмотрел в потолок. Он уже четко мог представить, как убивает каждого, как мстит и чувствует себя богом.
– Дрозд, – тихо позвал Скворец. – А что находится за площадью Жукова?
– Заброшенное здание, если не ошибаюсь. А что?
– Да так, ничего.
Глава 15 Гнездо …От порога до Бога пусто и одиноко. Не шумит дорога. Не горят фонари. Ребром встала монета. Моя песенка спета… Борис Рыжий. Петербургским корешам
Снег уже почти весь сошел, и земля оголилась, ожидая, пока солнце пригреет ее еще сильнее. Оно пекло уже несколько дней, и легкую прохладу можно было ощутить лишь в тени. Глухарь вывел всех Птиц на улицу, чтобы по максимуму использовать их рабочую силу весной. От Сокола не было никаких поручений, и теперь весь выходной день Птицы будут во власти Глухаря. Пришло время подготовить землю к высадке саженцев, а значит, несколько дней Птицам придется трудиться на природе под чутким руководством мудрой Птицы.
– Земля в лесу капризная, поэтому и труда должно быть вложено больше, чем при работе с обычным черноземом. А если постараться, то и огурцы на соснах вырастим, – всю зиму твердил Глухарь. А теперь наконец-то получил то, чего так желал – солнце и рабочие руки.
Работы предстояло немало, но даже она не казалась такой уж и неподъемной, поскольку заниматься земледелием в компании Птиц оказалось довольно веселым занятием. Сложно было вообразить, как их, настолько разных, можно было объединить, направив силу в единое русло, и заставить заниматься общим делом. Но Глухарь предвидел, что эта разношерстная рабочая группа может попросту начать бездельничать, и поэтому распределил их по всему участку.
– Сколько грядок делаем? Как в том году? – Сорока оперлась на черенок тяпки.
– Я не помню, сколько было в том году. – Чиж смахнул со лба капли пота.