– О… – Сокол чуть было не выронил кружку из рук. – Так вы верующий.
– Как я могу назвать себя верующим, если однажды я усомнился в вере? – Мужчина сделал глоток чая. – Мы служим не Господу Богу ради неземных благ, а самим себе ради умиротворения и отрадной жизни. Иначе в чем смысл нашего существования, если мы, изнуряя себя, пытаемся стать теми, кем нам не суждено быть? Каждый из нас грешен. И если некоторые всячески отрицают это, нося крест за пазухой, то другие принимают свою природу и борются с ней во благо самого себя, а не для Всевышнего.
Сокол смотрел на мужчину, не отводя взгляда. Хотелось слушать его как можно дольше, вникать в каждое слово. Но по затянувшейся паузе он понял, что теперь его очередь исповедаться. Весь этот поход к домику, чай и искренность мужчины были целиком и полностью для Сокола, для того, чтобы он рассказал о том, как сильно болит. Сначала ему было страшно, что за все его дела мужчина тут же выставит его за порог. Но как только Сокол начал, то слова непрерывным потоком хлынули, удивляя его самого.
– Я убийца и лжец, раз пообещал ей спокойную жизнь. За моей спиной столько грехов, что мне в жизни их не отмолить. Я боюсь, что не справлюсь с той ношей, которую взвалил на себя. – Он вздохнул, не решаясь взглянуть в глаза мужчине. – Еще есть девочка. Ей девять, и ее обижали, а теперь она выживает вместе с нами. – Сокол погрузил лицо во влажные ладони. – Чем я лучше тех, кто губил невинные жизни, если сам сейчас не могу спасти дорогих мне людей, а только подвергаю их опасности?
– Сейчас ты встал на путь истинный и делаешь благое дело, – мужчина положил руку на плечо Соколу. – Это первый шаг к искуплению. Ты сильный человек, который многое повидал и очень хорошо справляется для своих лет. Нелегкое время сейчас у нас, и каждый выживает как может. И ты не должен винить себя в тех методах, которые избрал для этого. – Он на секунду задумался. – Приходите ко мне завтра. Все. Девочка с Чапой поиграет, я приготовлю еду. Завтра холодный день, а тут вы будете в тепле и в безопасности.
– Спасибо вам, – Сокол натянуто улыбнулся. – За чай, за встречу и за исповедь.
Внутри разливалось приятное горячее чувство, а быть может, это всего лишь чай с чабрецом от незнакомца в лесу. Соколу больше не было страшно, ведь он услышал то, что так давно желал услышать, и нашел то, что так сильно пытался отыскать в самом себе. Сокол наконец-то нашел своего Филина. Не такого близкого и родного, но такого похожего и знакомого, словно он заново очутился в забытом доме.
Глава 27 Гнездо …Всему виною снег, засыпавший цветы. До дома добреду, побряцаю ключами, по комнатам пройду – прохладны и пусты. Зайду на кухню, оп, два ангела за чаем… Борис Рыжий. Я вышел из кино, а снег уже лежит