Эпилог …И грустил я, спросив сигарету, что, какая б любовь ни была, я однажды сюда не приеду. А она меня очень ждала… Борис Рыжий. На окошке на фоне заката
Катерина сидела на балконе небольшой квартиры и любовалась наступающим рассветом. Небо теряло свою яркость и становилось более блеклым с восходящим солнцем. За спиной послышалось щебетание птиц, и она невольно улыбнулась. Каждое утро птицы пели на рассвете, а потом затихали на весь следующий день. Ради этого она просыпалась раньше солнца и садилась на балкон, чтобы послушать этот приятный звук. Катерина подошла вплотную к ограждению и перегнулась через перила, рассматривая безлюдную улицу. Из-за тени дома, стоящего напротив, улица еще не была освещена, и казалось, будто из светлой реальности ты снова падаешь в жуткий кошмар, из-за которого сон обходит стороной твой разум уже несколько дней. Катерина зажмурилась и потянулась выше к солнцу, надеясь, что тревожное послевкусие растает с наступлением нового дня.
Пару дней назад она получила сообщение о кончине одного человека, чье имя соленой горечью отзывалось во рту. Сообщение было коротким, без приветствия и прощания. Просто несколько слов о самом важном. Она была даже благодарна за отсутствие излишней манерности. После всего, что было, это было бы неуместно. Катерина была благодарна, что получила это сообщение, ведь если бы не оно, она бы продолжила заражать свои мысли злыми и неправильными фантазиями. Это тоже было ни к чему. Надеясь получить воодушевление после этой смерти, она окончательно разочаровалась в себе, когда не почувствовала ничего, кроме скуки. Единственное, что приносило ей хотя бы толику удовольствия, так это розовые иллюзии, которыми она окружила свою жизнь. Это неправильно, и она это прекрасно понимала. Вот только когда выбор стоит между жизнью за завесой лжи или смертью в серой реальности, она выбирала первое. Ей было не впервой обманывать себя. Некоторая ложь затягивалась и начинала причинять боль, а другая становилась спасением.
Катерина неоднократно вспомнила слова о том, что нельзя врать самой себе, и горькая правда всегда лучше. Она пыталась, но лучше не стало. Те дни, когда Катерина оставалась один на один с этой самой горькой правдой, сейчас она не хотела вспоминать. Она так и не смогла. Может, она слишком слаба для такой жесткой встречи с реальностью. А может, прошло слишком мало времени. Катерина не верила, что когда-нибудь пройдет достаточное количество времени, чтобы она смогла жить без лжи. Ей недостаточно двух лет. И не будет достаточно и пяти, и десяти. Ни одно из следующих измерений времени не поможет ей справиться. Может быть, тот человек оказался не прав? Наверное, Катерина просто не создана для правды.