— Конечно. Это тяжёлое испытание, — поддержал старика Глеб. — А дальше что было?

— Я ему не поверил, но деньги и впрямь появились. И давай он кутить — иначе не скажешь! В юности так не кутил. С утра уедет, а вернётся пьян, разнуздан — того и гляди, женщину с собой приведёт. Стыдоба-то какая! У нас над дверьми ещё траурные ленты висят, а он вместо печали род позорит. Три дня такое продолжалось. И в последний раз, как уехал, он мне сказал: «Ты из дому уйди. На укор твой смотреть противно. Если Настя в гробу, так я-то жив!» Ну, что с господином спорить? К ужину накрыл да ушёл. А когда поутру вернулся — увидел его бездыханного. Кинулся к телефону, а после подумал: «При жизни господин мой себя позорил, так я хоть в посмертии его честь сохраню». Выждал я до обеда и лишь тогда полицию позвал.

— Лука Трофимович, вы понимаете, что, возможно, господина Мартынова отравили? А вы своими действиями дали убийце возможность скрыться.

— Всё я понимаю. Не дурной! — Только если и так — пусть о нём помнят, как о безутешном вдовце, а не о гуляке, которого Бог наказал. — Лука глянул на Глеба. — И вы мне обещали, что позорить его не станете.

— Не стану, — согласился Буянов. — Но убийцу найду. Скажите: он в тот вечер один был?

— Нет, — отмахнулся слуга. — Фужеров два было. Да я один убрал.

— И вы не знаете, кто с ним находился и куда он ездил? — нахмурился Глеб.

— Я не спрашивал, а он не говорил. Всё прочее — пустое.

В кухне воцарилась тишина. Остывал кофе, тикали часы да потрескивала печь.

— Я, пожалуй, пойду, — Глеб поднялся. — Спасибо вам за то, что доверились. Сделаю всё, что в моих силах.

Лука промолчал, и Буянов понимал: старый слуга для себя уже решил, как правильно, и иное ему не нужно. Однако самому Глебу не давала покоя вся эта история, и оставить как есть он не мог.

Буянов направился к выходу, размышляя, как бы разузнать, где и с кем бывал Мартынов. Он ещё раз глянул на зал прощания — и тут шлёпнул себя по лбу.

— Лука Трофимович, позвонить от вас можно?

— Звоните, господин Буянов. Чего б нет? — согласился слуга, вышедший провожать гостя.

Глеб быстро набрал номер и, едва сигнал пропал, крикнул:

— Девушка, соедините с домом Успенских!

Пикнуло, зашумело. Буянов улыбнулся, услышав голос новой знакомой:

— Ольга Валентиновна, это Глеб Яковлевич. Ваше предложение об обеде в силе? Да? Тогда подскажите адрес — уже еду!

Ещё раз поблагодарив старика, Буянов покинул дом Мартыновых, оставляя за спиной чужую печаль и чужой позор.

Ольга Валентиновна встретила Глеба с улыбкой:

— Господин Буянов, вы как раз к столу. Идёмте — там только вас и не хватает.