— Не знаю.
Бран держал старую схему.
— По ней участок должен быть.
— Когда печь последний раз работала?
Савер назвал период без точной даты.
Давно.
Еще при отце Найлы.
— Тогда почему могла работать без этого?
— Потому что это верхняя защитная ветка повышенного режима, — сказал он. — На обычном ее можно закрыть.
— Значит, не поломка.
— Нет.
— Тогда Бран соврал.
— Я сказал «плохое», а не «сломано».
— В чем плохое?
Савер постучал пальцем по заглушке.
— Если хотите просто вторую рабочую печь на обычный лист, это нам почти не мешает. Если хотите вернуть старый повышенный режим по разрешению — не вернем, пока не восстановим эту ветку и не проверим всю защиту.
Я посмотрела на темный канал.
— Почему ее сняли?
Келан ответил:
— Могли использовать на четвертой. Могли при старом ремонте. Могли закрыть, когда перестали гонять специальные варки.
— В журналах?
— Найдем.
Савер сказал:
— Потом.
Я посмотрела на него.
— Почему?
— Потому что сейчас у нас осмотр печи. Если начнете искать, кто десять лет назад открутил часть защиты, к обеду не узнаем, можно ли греть.
Справедливо.
Неприятно.
Но справедливо.
— Хорошо. Высокий режим отдельно. Для обычного запуска что?
Бран показал на задний нижний шов.
— Здесь выкрашивается.
— Насколько плохо?
— Пока не вскрою, не скажу.
Келан добавил:
— Еще тягу надо чистить. Нижний канал забит.
— Сколько?
— Полдня на очистку. Шов — смотрим после вскрытия.
— И потом сразу греть?
Савер сказал:
— Нет.
— Я еще не закончила.
— Все равно нет.
— Почему?
— Новая кладка должна схватиться. И холодную печь после такого простоя никто не выводит в работу за вечер.
Я вспомнила наш разговор несколько дней назад.
Когда средний опыт на первой печи провалился из-за пересекающихся магических зон и я спросила про третью.
Келан тогда ответил очень просто.
Не часы.
Дни.
— Я помню.
Савер посмотрел на него.
— Что ты с ней сделал?
— Ничего.
— Она уже второй раз за утро говорит разумное.
— Третий, — сказал Бран.
— Не объединяйтесь.
Они вернулись к печи.
Я уехала на Северный грузовой двор.
Первую панель уже подняли наверх башни, но не ставили.
Эрваст встретил меня внутри нижнего яруса.
Башня оказалась меньше, чем выглядела на плане. Узкая лестница, площадки, рабочие столы у окон, сигнальные метки и двое людей Керна, которые явно хотели закончить монтаж до начала основной грузовой работы.
Я остановилась возле лестницы.
— Ветер?
— В пределах, — ответил Эрваст. — Монтажник подтвердил.
— Где Ронес?
— Наверху.
— Норем?
— Уже пишет.
— Разумеется.
Эрваст посмотрел на мои перчатки.
На них оставалась красная пыль от третьей печи.
— Вы с утра уже где-то работали.