На нем Мирта поставила отметку:
«Без обязательств сторон. Основа для возможного проекта».
Правильно.
— Когда ответ? — спросила я.
— По исследованию — быстро. По отказу от эксклюзивности мне придется объяснить, почему я вернулся без нее.
— Скажите, что владелица оказалась неприятной.
— Это не техническое основание.
— Тогда скажите правду.
— Что вы считаете технологию дороже предложения?
Я подумала.
— Нет.
— Тогда что?
— Что я пока вообще не знаю ее цену.
Он кивнул.
— Это хуже.
— Для кого?
— Для закупщика.
— Сочувствую.
Он поднялся.
Техническая специалистка собрала свои записи.
У двери обернулась.
— Госпожа Терран.
— Да?
— Если эффект на живой нагрузке не подтвердится?
— Значит, вы сэкономите премию за технологию, которой нет.
— А вы?
— Потеряю один дорогой красивый рынок и узнаю правду.
— Вас это устраивает?
— Нет.
Она подождала.
— Но?
— Другого результата у хорошего испытания нет. Оно либо подтверждает то, что хочется, либо вовремя мешает продать ошибку.
Она кивнула и вышла.
Риан Молт задержался на секунду.
— Мы вернемся.
— С договором или эксклюзивностью?
— Попробую с договором.
— Тогда дверь открыта.
Когда они ушли, Мирта закрыла ее.
Потом села.
И достала первоначальное предложение с суммой.
— Теперь можно?
— Что?
— Сказать, сколько вы только что отказались взять.
— Я видела число.
— Видеть и считать — разное.
— Считайте.
Она посчитала.
Без драматизма.
Сколько оставалось после налоговых и договорных расходов.
Сколько можно было направить на досрочное уменьшение линии Вестена.
Сколько — на вторую печь.
Сколько месяцев рабочих расходов покрывал остаток.
Сколько независимых огневых сессий мы могли бы купить.
Получилось много.
Не бесконечно.
Достаточно, чтобы неприятно подумать еще раз.
— Жалеете? — спросила Мирта.
Я посмотрела на лист.
— Деньги?
— Да.
— Конечно.
Она кивнула.
— Хорошо.
— Почему?
— Потому что если бы вы сказали, что совсем не жалко, я бы решила, что вы отказались не по расчету.
Вот.
Уже знакомый разговор.
Когда-то я жалела потерянные пятьдесят тысяч неизвестного покупателя.
Теперь жалела еще большую известную сумму.
Это не делало плохое условие хорошим.
— А исследование? — спросила Мирта.
— Если они вернутся без эксклюзивности, считаем.
— Даже военное?
— Если техническое требование приемлемо и законно для нас как производителя.
— А если попросят материал для оружия?
Я посмотрела.
— Тогда сначала узнаю, что именно они называют материалом и что от нас требуется. Я не собираюсь принимать решение по одному слову.
— Глава называется неудобно.
— Что?
— Ничего.
Иногда мне казалось, Мирта слышит слишком много того, чего я не произносила.