— Мы не предлагаем вам участвовать в заговоре против Короны, ваше высочество. Мы предлагаем вам занять Трон Септиколийской Империи. Во благо всех ее жителей, — прежним бесстрастным голосом произнес Гестамп.
Глава 5. Стэн. Система Каргаррат. Станция «Антега»
Пронзительно, с протяжным нарастающим гулом взвыли генераторы доспеха. Противный писк зуммера стал громче, полоска энергии опасно просела, а на периферии зрения в проекции визора замигали красные сигналы. Меня бросило в жар, а горло мгновенно пересохло от страха — когда гул генератора перешел практически в ультразвук. Полоска заряда энергии рухнула на критически низкие значения, и я уже открыл было рот для сакраментального «мама!», как вдруг шифрованное сообщение все же отправилось пакетной передачей.
С трудом — да и не с первого раза я сглотнул, понимая, что едва не угробил свой генератор щитов и, может быть, даже весь доспех. И только через несколько секунд — словно забыв о необходимости дышать, сделал глубокий вдох. Понимая, что только что едва не совершил поступок, которому положена премия Дарвина — или ее аналог в странах участницах пакта сотрудничества в рамках Галактического Совета.
Когда пользовался индивидуальным ресурсом брони в первый раз — отправляя донесение из резиденции Мелани, все прошло гораздо быстрее и проще. Сейчас же энергии потребовалось почти в два раза больше — что едва не сказалось фатальными для меня последствиями. Видимо, причина этому — иной протокола шифрования. Да и сообщение я отправлял не через имперский ретранслятор — и посему не мог полностью задействовать ресурсы вычислительного комплекса брони — которой в ином случае просто не дал бы мне провернуть столь смертоубийственный трюк, заранее рассчитав необходимо мощность.
Ну почему я готов читать инструкции только тогда, когда у меня что-то не получается, или получается не так, как надо?
Мне очень — очень! — не хватало знаний Юза и спокойствия Фокса.
Сердце от осознания пережитого билось так, что удары отдавались во всем теле — казалось, даже щитки кирасы мелко тряслись от пульсации в груди. По венам вместо крови бежал чистый адреналин — пальцы подрагивали, и мелкая дрожь отчетливо передавалась в латные рукавицы — доспех был связан со мной через нейрошунт, реагируя на малейшее движения мышц.
Звучно выдохнув, я прошелся на ватных ногах по каюте и едва не рухнул на койку. Дурак, как есть дурак — а если бы энергии не хватило? Если бы генератор щитов взорвался? Если бы силовой контур станции не выдержал от взрыва — обвинение в диверсии и трибунал — и то, если бы мой нейроблок нашли после этого.