— Согласие подтверждаю, — произнес я, и сразу все четверо — Вард и трое моих сопровождающих, разошлись по коридору, каждый по своему направлению, начиная выводить из гибернации остальных погруженных гибернацию клонов.
Я остался стоять в центре, наблюдая за их действиями. Как оказалось, просто вывести из гибернации можно было лишь полковника Варда — остальные клоны находились в более глубоком погружении. Для того, чтобы вернуть их к жизни, требовалось загрузить в капсулы энергетические батареи и запустить процедуру восстановления.
К тому моменту, как полоса загрузки первых капсул еще не перевалила за половину, я наконец-то догадался, что двигались по пути сюда мы по тоннелю, который можно назвать шлюзовым, а находимся сейчас в корабельной крио-камере.
Пятьдесят шесть капсул, пятьдесят шесть существ — именно столько по штатному расписанию составлял экипаж крейсеров специального назначения в составе дозорных бригад национальной стражи.
Глава 27. Эхо ошибки
Звук шагов эхом отдавался в коридоре, по которому мы двигались. Свет вокруг — как и при движении в шлюзовом тоннеле, становился ярче над нами, и затухал после того, как мы удалялись. По мере движения я пытался понять, как «Скорпена» смогла приземлиться на планете, не оставив заметного радиационного пятна от выхлопа гравидрайва. Антигравы же, которые могли приземлить даже столько небольшой по космическим меркам — всего семь тысяч тонн массы, крейсер, на кораблях подобного типа отсутствовали. Или радиационное пятно все же было, а сказки и легенды каргарианцев о сжирающих душу демонах и проклятых местах вовсе не легенды?
Очередные створки мягко распахнулись, и мы оказались на месте — в командной рубке, сердце корабля. Здесь полковник Вард — используя поведенческую модель, предназначенную только для естественных разумных, то есть для меня, приглашающим жестом указал нам в сторону мест на возвышении полуовального постамента. Зона, предназначенная для расположения командования высокого уровня — если командир дивизии или даже армейского корпуса решит использовать именно это крейсер как штаб соединения.
В рубке стояла полнейшая тишина — в которой отчетливо раздались шаги поднимающегося на постамент Косты. Он занял место, предназначенное командующему, и я даже услышал, как с мягким звуком входит в его тело нейрошунт, подсоединяя к системам корабля. Несколько мгновений ничего не происходило, а после неяркая подсветка вспышкой сменилась рабочим освещением, приоткрылись полусферы мест, предназначенных для офицеров и специалистов, осветились телеметрией многочисленные экраны.