— Так остановите! — гаркнул во всю глотку Гидра, отбивая мощный удар Червя сверху вниз мечом.

Отпрыгнув далеко назад, он вдруг обернулся к трибунам, возмущенно воскликнул:

— В чем дело-то стало?!

Червь, тяжело дыша, тоже остановился. И, опустив меч, взглянул на Шаккана...

И в это мгновение Гидра молниеносным рывком бросился на Червя, воспользовавшись тем, что противник отвлекся.

Он нанес удар сбоку, и Червь едва успел блокировать удар, взяв противника в клинч.

— А я предупреждал, что биться буду всерьез!.. — прохрипел он в лицо Червю, норовя вывернуть рукоять так, чтобы можно было ею заехать противнику в лицо.

— А я тебя и не осуждаю, — проговорил Червь и пинком отшвырнул от себя противника.

Тот отлетел спиной на мягкий, свежий песок. Подскочив к Гидре, Червь занес над головой меч и вонзил его глубоко в грудь бывшему приятелю.

Гидра захрипел, дернулся несколько раз — и обмяк.

А Червь, застонав, схватился за голову.

Две новые стигмы, похожие на глубокое выжженное клеймо, проступали у него на плечах. Боль накрывала снова и снова, и стон превратился в рев.

— Добей его!.. — не выдержал кто-то из мужчин на трибунах.

— Мальчик, ну что же ты сидишь! Убей его сейчас! — воскликнула дородная дама в шляпке и розовой расшитой накидке.

Юноша открыл глаза.

Сначала он увидел растерзанное тело Птицы, лежавшей на спине, раскинув руки и устремив застывший взгляд в небо. Потом — Гидру. И воющего Червя рядом с ним.

— Мальчик!.. — сквозь нарастающий гул услышал снова Шаккан.

— Убей его!..

Но паренек даже не пошевелился, и не встал со своего места.

Он ждал, когда Червь придет в себя и сможет снова взять меч в руки. И в каком-то смысле был даже рад, что это будет именно он.

Червь всегда казался ему добрее и порядочней.

Так пусть победа будет за ним.

Наконец, Червь поднялся. Длинные смоляно-черные волосы рассыпались по его окровавленным и израненным в бою с Птицей плечам. Лицо выражало спокойствие. На спине с удвоенной силой засверкала стигма червя, а на левом плече — метки Птицы и Гидры.

Червь вытащил меч из мертвого тела вчерашнего товарища и взглянул на Шаккана.

Паренек закрыл глаза.

Вот все и закончилось.

Давай же!..

Легкими шагами Червь приблизился к Шаккану. Паренек слышал, как тот тяжело дышит буквально в шаге от него, в то время как толпа на трибунах, на мгновение стихнув, снова загудела знакомую фразу: «Убей его!»

Тяжелая рука Червя вдруг легла Шаккану на плечо.

— Я не стану убивать его! — крикнул Червь. — Я — отказываюсь!

Меч с мягким глухим звуком вонзился в песок.

Юноша вздрогнул и оглянулся.

Червь, ненавидящим взглядом окинув трибуны, перевел глаза на Шаккана — и подбадривающе улыбнулся разбитыми губами.