Я остановился, повернулся к нему. Его лицо было бледным, рот сжат. Он уже не походил на того надменного мага, который на пару с Артуром ухмылялся, глядя на меня через решётку клетки. Теперь он просто человек, слабый и беспомощный.

— Что ты несёшь? На какой «убой»? Если знаешь что-то про Сталрока, скажи сейчас.

— Не знаю. Но такие сущности древнее всей нашей истории. Ты ведёшь меня связанного в подземелье… Что я могу ожидать? Радушного разговора? Ещё не поздно вернуться, — сказал он взволнованно. — Он хочет крови, хочет жертвы. Ты не понял?

Я тяжело вздохнул, перехватил верёвку, повёл Элиаса обратно к лошади на край опушки.

— Я поговорю с ним, а ты сиди здесь, — сказал я, крепко привязывая верёвку к дереву.

Пускай посидит, если так страшно. С узлом, завязанным с такой силой, он никуда не сбежит, и сам отвязаться не сможет. А я пока побеседую со Сталроком. В последнее время он стал помехой, нежели покровителем и помощником.

Маг больше ничего не сказал, лишь опустил голову и закрыл глаза.

Я пошёл в руины, по ступеням спустился в темноту, ощутил прохладу. Здесь неглубоко, но всё же под землёй всегда холодно и сыро, а ещё пахнет мокрым камнем и землёй.

Внутри многое изменилось. В зале было светло от факелов, стены теперь украшали знамёна с изображением, похожим на идол.

Меня ждали, и не только Сталрок. Я поначалу опешил, подумал, что передо мной иллюзия.

По краям зала на каменных выступах сидели люди. Я не видел их лиц, все они были одеты в чёрные одежды с глубокими капюшонами.

По коже побежали мурашки. Я быстро заметил обычные человеческие руки, на некоторых даже какие-то украшения. Люди скрывали свои лица, сидели покорно с наклонёнными головами всего около десятка.

Голос Сталрока раздался почти сразу же и не просто в моей голове. Он звучал из обелиска для всех присутствующих:

— А вот и мой вестник. Я и мои слуги приветствуем тебя.

— Слуги? — выдавил я из себя единственный вопрос.

— Я не могу полагаться лишь на одного человека, пусть и с выдающимися способностями. Мне нужны слуги. Благодаря тебе, их будет ещё больше.

Я заставил себя собраться. Не каждый день приходится перечить непознаваемому и столь сильному. Хотя сильно и свободное оно стало благодаря мне.

— После твоей выходки я уже даже не знаю, стоит ли мне что-то делать ради тебя. Я ведь тоже могу вернуть многое, что тебе дал. Что ты тогда предпримешь? Убьёшь меня, может быть? — громко произнёс я, и, кажется, от моих слов по залу прокатился ропот.

Сталрок ответил сразу:

— Ни в коем случае. Ты нужен мне, а я тебе. Скоро ты ещё больше убедишься в этом… Благодарю тебя, мой вестник.