Внезапно он совсем перестал походить на ребёнка. Перестал болтать ножками, распахивать глаза, надувать губки… Перед нами сидел маленький человечек. Карлик, которого очень удобно рядить в любые одёжки.

— Что ты предлагаешь? — отрывисто спросил Алекс.

Петенька пожал плечиками, обтянутыми голубой матроской с белым воротничком.

— У меня нет конкретного предложения, — шеф разочарованно отвернулся. — Но… — стригойчик оглядел всех, по-очереди, избегая лишь взгляда отца Прохора. — Вы стараетесь победить его честными методами. Мастер это знает. И он к этому готов. Придумайте что-нибудь неожиданное.

— Нам нужно сделать всего несколько вещей, — объявил Тарас. — Вызвать графа на открытый конфликт, придумать, как аннулировать договор на цирк, а затем сразиться.

— А как же твоя вассальная клятва? — спросил я.

— Это немного другое, чем договор, — пожал плечами Тарас. — Мы дрались, как равные, и я проиграл, как равный. Моя клятва — скорее, обещание. Я волен в своих поступках и могу вызвать графа опять. Но на этот раз я буду ОБЯЗАН его убить. Так что, пока вы в его власти, вызов отменяется.

— Ну, положим, вызвать мастера на конфликт, и даже вызволить ваш договор, могу я, — не глядя на нас, сказала Настасья. — Дайте мне свиток, который вы взяли в сейфе, и я попытаюсь обменять его на договор.

Мгновение — и ствол револьвера прижат к виску ведьмы.

— Говори, — прошипел Алекс. — Как ты всё это узнала…

— А ты не меняешься, Сашук, — с изрядным самообладанием улыбнулась ведьма. — Тот же сюртук, те же сапоги, те же приёмчики… Помнишь мои иголки? Ты ведь не потрудился обыскать всю свою одежду и выкинуть мои «уши»… Если трактовать по Фрейду, Сашук, ты всё это время ХОТЕЛ, чтобы я знала, что с тобой происходит.

— Но как… — начал говорить Алекс

А я бросил случайный взгляд в окно, и похолодел. Ещё несколько минут назад там была тьма кромешная. Но сейчас я отчётливо различал голые ветки сирени под окном, и клён, что растёт подальше, у забора. Между ними — кусты гортензий, облетевшие и прижатые к земле, словно пучки волос на голове утопленника…

— Рассвет совсем скоро, — объявил я. — Времени на споры не осталось.

— Отпустите меня, — проговорила Настасья. — Дайте мне договор на Аллегру, и отпустите, вместе с Петенькой — живым свидетелем моей власти над вами. И приходите на стадион через час.

— Довериться ведьме, которая меня обманула, и подручному моего врага? — Алекс высказал и мою мысль тоже.

— У вас нет выбора, — неожиданно подал голос отец Прохор. — Иногда нужно просто довериться. А там — будь что будет.