— И что же вы мне предлагаете? — немного заскучав, поинтересовался Зубов.

Настороженно поглядев на сыщика, Шмелев напряженно сомкнул уста. Понял, что наговорил лишнего. Со столичной персоной с места в карьер беседу начинать опасно. Вот, видимо, и погорел. Хорошее дельце — начальник департамента особого порученца от беспристрастного расследования отговаривает. Тут и впрямь про острог задуматься стоит.

— Я ничего не предлагаю… просто хотел… — голос полицмейстера дрогнул.

— Ну тогда и говорить не о чем, — спокойно заключил Зубов. — И еще… позвольте мне уж самому разобраться, где тут черным-черно, а где просто сажей намалевано.

Полицмейстер изобразил на лице обиду, но ничего говорить не стал. Вместо этого хлопнул себя по коленям, выражая досаду, и встал, чтобы отправиться к лошадям. Сделал шаг, остановился. Видимо, гложущая его мысль не давала бедному покоя. Развернулся и посчитал своим долгом все-таки высказать её без всякого на то позволения:

— Не тем делом мы с вами занимаемся, любезнейший Иван Федорович. Не по зубам нам черт кудлатый! Я бы, честно сказать, с превеликим удовольствием мазуриков да проституток по питейным заведениям щемил, а не леших да водяных в змеином лежбище искал.

— А службу вы себе тоже таким малахольным образом выбирали? — внезапно поинтересовался сыщик.

— Так какая моему Отечеству польза, коли я в вопросах черных сил не бум-бум… — как-то отрешенно ответил Шмелев и добавил: — Вот, казалось бы, доктор микстурой отравился, а вас это вон как потрясло, до головной раны…

Зубов машинально кивнул, а потом вдруг подорвался словно ошпаренный. И, не сказав ни слова, рванул к калитке.

Сгорбившись над трупом доктора кровожадным коршуном, он резко сдернул простыню — и обомлел! Никаких телесных ран — рваных или резаных — и в помине нет. В общем, ничего того, что он буквально пару часов назад наблюдал в резном доме.

Пораженный увиденным, Зубов медленно вернул белоснежную простыню на место. В таком состоянии он воротился к скамейке, и, немного потоптавшись у калитки, отправился к дому.

Все окна при входе были целы. Опустив голову, Зубов попытался ухватиться за последнюю соломинку. Но и здесь его ждало сплошное разочарование: на земле не обнаружилось ни единого осколка.

Но ведь был взрыв! И ужасная, можно сказать, по-звериному кровавая смерть местного доктора тоже!

А главное — убийца, состоящий из странного темного сгустка!

Разве все это могло привидеться⁈

Теоретически, если взять в расчет характер и степень контузии, могло, конечно, и померещиться. Но вот незадача — конюх самолично проболтался про громкий хлопок. Или и тут сыщик оплошал, ослышался⁈