Околоточный обреченно кивнул и потянулся за графином.
Глава 8
НАСТОЯЩЕЕ. Старая деревушка. Краеведческий музей
Хозяйка дома оказалась живой. Когда постояльцы попытались её разбудить, она просто открыла глаза и, нахмурившись, попросила их покинуть комнату, пробурчав себе под нос что-то нечленораздельное.
— Ну и где ваши пернатые индюки? — поинтересовался Ник, внимательно осмотрев место происшествия возле окна. Но кроме густой травы и пустой банки с окурками так ничего и не обнаружил.
— Может, немного полежали и улетели? — предположил Игорь.
— Ага, прямо Энгри бердс, — хихикнула Кира. — Воскресли и снова в бой!
Игорь поежился.
— Прямо как у Хичкока.
Ник удивленно уставился на очкарика.
— Что у Хичкока?
— Ну фильм «Птицы». Только не говорите, что не смотрели.
— А разве они там исчезали?
— Они там нападали, — уточнил Игорь.
— Ой, да хватит вам, — улыбнулась Кира. — Ну ударилась птица в окно, потеряла сознание…
— … очнулась — гипс, — закончил за нее Ник. — Хорошо, закрыли тему. Обсуждать ночное происшествие не имеет никакого смысла. — Развернувшись, байкер направился к калитке и, сладко потянувшись, добавил: — Давайте, показывайте, где тут ваш страшный и ужасный Шушмор? Где чудеса, и леший бродит, русалка на ветвях висит?
— Сидит! — недовольно поправил его Игорь.
— Это у Пушкина она сидит, а у нас она висеть будет. Здесь же все-таки Шушмор!
На этот раз байкера поправила Кира:
— Не Шушмор, а Шушморе.
— Блин, да какая разница, — отмахнулся Ник.
Они вышли на поросшую травой дорогу и направились в дальнюю часть заброшенной деревни. Некоторые дома еще сохранили вполне приличный вид — хоть прямо сейчас заходи и живи. А вот остальные имели вид весьма плачевный. Утопая в земле, деревянные каркасы гнулись под обвалившейся крышей, будто дряхлые старики, шаркающие по дороге навстречу последнему вздоху.
— Природа очень быстро избавляется от человеческого присутствия, — внезапно произнес Игорь, — стирая любое упоминание о нашем брате.
Байкер бросил в его сторону понимающий взгляд.
— Ты, кстати, видел снимки Припяти? Тридцать с небольшим лет прошло, а на месте города теперь утопающие в зелени остовы домов и предприятий.
— Надо зачекать.[8] Но, между прочим, тридцать лет — не так уж и мало, — не согласилась Кира.
— Смотря для кого. Например, для нашей планеты это сродни короткому вздоху, — задумчиво сказал Игорь. — Раз — и нет города, а то и целой цивилизации. Еще один вздох — и даже в земле не найдется глиняных воспоминаний о тысячах человеческих жизней.
Кира скривилась:
— Фу, какую мрачную картину ты нарисовал.