— А бог их знает. Тут нужно посмотреть, что у них есть. Для этого нужно наладить рабочие контакты. Их организация хозяйства очень примитивная. Например, налоги платятся рисом, им же выплачивается жалование. Хлопковая и конопляная ткани используются как деньги для проведения сделок.
— У них же есть монеты, — возразил Голицын, также тут присутствующий.
— Есть. Но их мало из-за острого недостатка сырья. Они ведь медные. В принципе, мы можем помочь и завезти туда десяток галеонов меди, можно сразу в виде монет. Но кто знает, чем это обернется. С такими вопросами спешить не стоит. Без изучения их экономики я бы не стал делать резких телодвижений.
— Что у них есть интересного для нас? — повторил свой вопрос Петр.
— Фарфор, — произнес Голицын, — шелк и шелковая бумага, хлопок. Они еще делают лаковые поделки из перламутра, довольно симпатичные. И много еще чего. Рис, опять же. Его у них много.
— Небогато.
— Отец, давай не будем спешить? В конце концов, получение союзника в том регионе для нас выгодно. Если это не будет идти нам в убыток — уже хорошо.
— И чем же выгодно?
— Мы не знаем, как долго продлится война с Цин и как далеко она зайдет. Возможно, нам потребуются базы снабжения поближе к театру военных действий. Да и потом, наличие заинтересованного в нас союзника облегчит решение военно-технических проблем в регионе.
— Военно-технические проблемы, — хмыкнул Петр. — Эко заковыристо ты назвал войну.
— Отец, это не обязательно война. Подавление местного пиратства разве это война? А оно там буйное. Сейчас мы опираемся на Аютию. Но она сильно на юге. У нас выстраивается дружба с испанской администрацией Филиппин. Но они тоже сильно на юге. А в тех краях — сплошное белое пятно с достаточно враждебно настроенными силами. И держава Чосон расположена исключительно удобно…
[1] Каждые 2 версты — это каждые 5,08 км. Самое узкое место на севере Каттетага — около 58 км. Проще говоря, весь комплекс укреплений будет состоять из двух больших фланговых фортов и 10 башенных.
Часть 1 Глава 7
1714, сентябрь, 5. Под Рязанью — Охотск — Москва
Пшеница с золотыми тяжелыми колосьями шла вдаль, словно море, зажатое между «рифами» лесопосадок. Она слегка колебалась от небольшого ветерка и создавала какую-то удивительную иллюзию или фьорда, или залива, или еще чего-то такого. Во всяком случае, Климу Дмитричу так казалось.
Председатель медленно катился на двуколке, объезжая посевы колхоза. И тихонько напевал себе под нос:
— По полям, по полям пьяный трактор едет к нам… тьфу ты, прости господи, синий…
Очень уж голова гудела после минувшей ночи. Ведь зарекался оставаться на ночевку у кума, зарекался… А все равно — туда же. Словно какой-то черт его за ногу тащил.