— М-да…

— Если же говорить в целом, то образовательная система хоть и странная, но грандиозная и вполне практичная. Упорядоченная и стандартизованная, она стабильно выдает ежегодно больше компетентных кадров, чем сейчас готовит вся Европа, вместе взятая.

— А чиновники? Она их тоже готовит?

— Разумеется. Уже с ремесленных училищ идет специализация на ремесле. Они не только рабочих готовят, но и чиновников малых чинов, и законников, и переводчиков, и военных, и прочих. Да, уклон в технические специальности, но и об остальном не забывают. Например, за прошлый год было подготовлено 417 переводчиков всех рангов. Одно из высших заведений даже выделили под гуманитарные специальности. И у них там даже есть исторический факультет, при котором постоянно действуют три археологические экспедиции.

— Четыреста семнадцать переводчиков? — удивился Иосиф, проигнорировав мало интересующую его историю.

— На будущий год ожидают выпуск 612 человек. Они наращивают их количество.

— Зачем?

— Мы не знаем. Принц настаивает, чтобы каждый офицер в армии получил как минимум ремесленный аттестат переводчика. По любому языку. Обычный выбор — это немецкий, французский, испанский, турецкий и персидский. Турецким, правда, они называют скорее какой-то его восточный диалект, а не прямо обычный османский, хотя последним он вполне понятен. В некоторых школах можно изучать еще десяток других языков, но это основа. Есть и специальные переводчики, даже уровня мастеров и с высшим образованием. Но их мало. Обычно это дополнительная подготовка, — произнес министр и замолчал.

— Интересно… — тихо произнес Иосиф, отвернувшись в задумчивости к окну. — Это все?

— Еще есть монастыри. Но они стоят особняком. Их сейчас 422 в России. На их базе развернуты приюты для сирот. В первую очередь для семей служивых. Хорошее питание. Начальное и ремесленное образование, включая изучение языка. Там не очень много людей, но все же их можно считать такими своеобразными школами. Насколько мне известно, на текущий момент монастыри в состоянии вместить где-то шестьдесят две тысячи человек, из которых там едва две.

— Я слышал, что в России сирот забирают родственники. Неужто не справляются?

— Да, это так. Однако Петр и принц явно готовятся к большой войне. А где война, там и сироты. Эти работы по монастырям проводятся демонстративно, подкрепляя уверенность солдат в том, что их семьи не бросят. И детей, и жен, которым тоже, в случае необходимости, готовы выделить небольшой, но гарантированный пансион в монастырях.

— Большая война… — покачал головой Иосиф. — Они словно бы ей одержимы.