— Барин, — позвала меня Евдокия, — там Михайло с двумя мужиками пришел. Вас просят.

Выйдя на улицу, тут же недалеко от крыльца и увидел всю троицу.

— Здрав будь, барин, — подошли они ко мне. И тут же представились:

— Акинфей.

— Фома.

После чего замолчали и стали переглядываться. Вперед шагнул Михайло.

— Барин, тут вопрос такой появился, — мужик замялся, оглянулся на товарищей и все же продолжил. — Работа эта… по стройке… Она в зачет барщины пойдет? Али нет? Сёдни мужикам в поля надоть, ваше зерно собирать. А если строить — то как они ту барщину отработают?

— Зачтется, — тут же заверил я их.

У мужиков аж облегчение на лицах пробежало.

— Завтра вы же свои поля должны убирать? — тут же уточнил я.

— Все так, барин, — степенно отозвался Фома — худой, но жилистый мужичок за сороковник.

— Пускай Иван на жатке вам поможет. А вы здесь работу продолжите. Я ему дозволяю жатку и для ваших полей использовать.

Вот эта новость их обрадовала.

— Ток, барин, вы сами ему обскажите, чтобы он не подумал чего, — тут же попросил Акинфей.

— Скажу. А вы пока приступайте. Инструмент взяли? Если чего не хватит, к Корнею подходите, он вам наш инструмент для работы даст.

На этом короткое «совещание» и выдача ценных указаний и завершилась. Я тут же пошел к Корнею — предупредить о выдаче инструмента, да чтобы Ивану при встрече передал мои слова по поводу нашей договоренности с «гастарбайтерами», как я в шутку мысленно решил звать троицу. И решив этот вопрос, пошел к Пелагее. Надо узнать, чем она занята. И уточнить — появилось у нее время новый сарафан себе сшить или нет? А то это не дело — я ей ткань покупаю для обновок, а она в старом ходит.

* * *

Аглая шла к речке с двумя ведрами и коромыслом — воды набрать. Ее оставили дома на хозяйстве, пока мужики и старшие бабы в поле отправились. И на речке она встретилась со своими подругами — Аленкой и Дарьей, которых тоже оставили дома для той же цели.

— Ой, Глаша, а правду говорят, что ты вчера с барином на коне скакала? — тут же пристала к ней с расспросами Аленка.

— Да, рассказывай! — тут же поддержала ее Дашка. — Говорят, жалась к нему так сильно, слово суженый он твой. Неужто Проньку позабыла?

— Да я бы тоже забыла! — захохотала Аленка. — Где тот Пронька, а где барин?

— Дуры вы! — обиделась на подруг Аглая. — Сдался мне барин, чтобы обжиматься с ним. На лесопилку мы ездили — Роман Сергеич хочет игрушки начать делать из опилок. А меня в мастерицы взять. Вот и пробовала я из тех опилок лепить.

— И как, получается? — тут же спросила Аленка.

— Получается, — буркнула Аглая, беря одно из ведер и заходя на сходни.