Барину насчет своей девственности она не врала. С мужчиной близости у нее и правда не было. Но этого Аленка не боялась. Многие бабоньки твердят, что дело это — дюже приятное. А та же Катька, вдова Матвеевская, и вовсе не стесняется к любому в штаны залезть, коли он ей по хозяйству поможет. Тяжко ей одной с тремя детьми без кормильца. И хоть всем миром ей помогают, но своя рубашка — она все-таки ближе к телу. Часто могут и послать, коли после работы устали.
Вот и Аленка не видела ничего плохого в том, чтобы также поступать. Только не со всеми подряд, а с одним конкретным мужиком, который ей светлое будущее обеспечит. Кто же знал, что он из брезгливых?
Аленка вспомнила, как трогала барина. Какие на вкус его губы. Как тесно у него в этих маленьких дивных штанах. На девушку вновь нахлынула сладкая истома. И тут же ее сменила горечь от слов барина.
— Ну уж нет, — прошептала она себе под нос со злостью. — Я так просто не отступлюсь! Нравлюсь же ему, я это сама чувствовала, собственной рукой! Ну, Глаша, теперь я от тебя не отстану, пока ты меня в ту мастерскую не пристроишь. И пускай я не мастерица, но мне это и не надо, лишь бы поближе к барину быть, да почаще его видеть. А уж там я своего шанса не упущу!
Глава 9
15 — 16 июля 1859 года
Когда я вернулся домой, на меня тут же налетели братья:
— Братец Роман, а покажи нам еще фигурки из бумаги! — с нетерпением подпрыгивал на месте Игорь.
— Да, братец Роман, мы хотим новую фигурку сложить! — вторил ему Иван.
— Ладно, непоседы, — рассмеялся я, выкинув пока из головы Аленку с ее предложением. — Идите в зал, я сейчас туда подойду.
Найдя несколько листков чистой бумаги и с сожалением отметив, что она подходит к концу, я вернулся к братьям.
— Смотрите, сегодня мы будем собирать кораблики.
Глаза детей загорелись в предвкушении. Схватив по листку, они тут же расселись вокруг журнального столика и приготовились внимать.
— Для начала складываем листок пополам…
Объяснив им всю последовательность, после чего в руках мальчишек оказались два бумажных корабля, я проводил их насмешливым взглядом. Оба тут же убежали проверять их в деле на задний двор. Наверняка в бочку будут пускать и смотреть, как те держаться на воде смогут.
Но стоило им уйти, как мои мысли вновь вернулись в наглой девице, так беззастенчиво пытавшейся меня затащить в койку, а в штанах снова стало тесно от воспоминаний. В итоге я не выдержал и позвал Пелагею. Но не затем, чтобы ее «разложить», у меня была иная цель.
— Слушаю, господин, — встала передо мной девушка, которую я оторвал от занятия с Людой.