Глава 21
26 — 28 июля 1859 года
Неожиданная передышка в строительстве стала для Тихона подарком судьбы. Конечно, поджечь лесопилку в момент, когда все отдыхают и разбрелись по округе — это испытывать удачу на прочность. Многое может пойти наперекосяк. Его могут заметить в момент поджога, или затушить вовремя, не допустив большого ущерба, чего требовал князь. Зато сейчас, пока Тихона не дергал Терентий, можно было все подготовить. Для начала — опрыскать скипидаром стену лесопилки. Сделал это Тихон со стороны речки, где стояло водяное колесо. Как ни странно, но именно эта сторона меньше всего была на виду. Даже большое окно во всю его сторону не мешало скрытно подойти к углу и тщательно смочить тот горючей жидкостью.
Сам скипидар найти было несложно — рядом с лесопилкой накопали ям для получения смолы. И хозяйственный мастер лесопилки Михей не поленился сделать в одной из них натуральную печь с отводом паров в отдельную емкость. А пары при тлении древесины — это скипидар и есть. В общем, сложнее было найти бутылку какую, чтобы его набрать из бочки. Для надежности Тихон не поленился свою портянку на тряпки распустить и в том скипидаре обильно вымочить, приткнув потом тряпки в тот же угол с наружной стороны. Теперь стоит поднести лучину — все тут же вспыхнет. Да и само здание лесопилки не первый год стоит, бревна успели в нем подсохнуть, так что гореть будет на загляденье. Оставалось самое важное — поджечь так, чтобы никто на самого Тихона и подумать не смог. Лучше даже подставить кого или на несчастный случай свалить. Правда сложно свалить на несчастный случай, когда угол здания разом полыхнет и повалит густой черный дым. Потому и решил Тихон все сделать ночью, когда все спят и цвет дыма особо не видно будет. Да и как быстро разгораться начало — тоже мало тогда кто поймет.
Но чтобы никто случайно посередь ночи ему не помешал, необходимо было дождаться прибытия подвод с новым кирпичом. После тяжелого труда все мужики спали как убитые — в этом Тихон успел неоднократно убедиться, когда вставал в темноте, якобы «отлить» сходить. Что тоже было продумано — никто не удивится, если даже проснется вдруг, куда это он на ночь глядя побежал. Приучил уже, что если в туалет местный пойдет, то в потемках там такой грохот наведет, что всю артель разбудит. Вот Кузьма Авдеевич ему лично и приказал, коли приспичило — на улицу бежать, да других не будить.
Подводы с кирпичом прибыли только вечером на следующий день с момента начала простоя.
— Все решится следующей ночью, — прошептал себе под нос Тихон, помогая разгружать кирпич.