— Сегодня до деревни ходил. Купаться наверное, я у него в руках одежу сменную видела.

— Вот оно че… — вздохнул староста.

— Роман Сергеевич приказал мне разузнать о ней все. А главное — часто ли она с парнями гуляет. Думается мне, окрутить та решила нашего господина, а он и не против. Добрый он. Сам не снасильничает, но ежели девка к нему сама в штаны лезет, не устоит, я думаю…

— Вот че тебя тревожит, — с пониманием кивнул старик. — Соперница на твою голову появилась.

— Да какая она мне соперница? — вспыхнула Пелагея. — Я за барина переживаю, как бы не заразила эта вертихвостка его чем непотребным. Али репутацию не подпортила. Баре — они дюже за своим именем следят.

Чуть подумав, Еремей вздохнул и громко крикнул:

— Серафима! Подь сюды, разговор до тебя есть!

Через минуту в сени зашли та самая тетка, что неприветливо встретила Пелагею.

— Чего звал? — с неприязнью посмотрев на девушку, спросила она старика.

— Ты голос то на меня не повышай, а то вмиг отсыплю тебе за непочтение! — нахмурился старик.

Та лишь губы поджала и промолчала.

— Тут у барина вопрос есть — что ты знаешь об Аленке дочке Устина?

Покосившись на Пелагею, Серафима нехотя начала отвечать. И выходило так, что в целом Аленка — девица легкомысленная и ветреная, да и хозяйка такая себе. Как еще свою девичью честь сохранила — лишь удивление вызывает. Не иначе ангел ее хранит от бесовских проказ. Выдав все это, Серафима ушла обратно в дом.

— Вот тебе и весь сказ, — посмотрел на Пелагею дед.

— Спасибо, Еремей Трофимович. Передам барину, что за девица на него вешаться вздумала.

Возвращаясь обратно в поместье, Пелагея испытывала острое чувство ревности и нежелания кому бы ни было отдавать ее Романа Сергеича. Тем более какой-то вертихвостке! Ладно еще когда у него невеста появится из благородных. Тут уж она ничего поделать не сможет. Но защитить от всяких бесстыжих баб своего господина она обязана!

* * *

В кабинете отца я задержался часа на полтора. Перебирая список книг, я неожиданно наткнулся на произведение за авторством некоего Штелина. И привлекло меня название его книги — «Подлинные анекдоты о Петре Великом». Свой труд он написал еще в 1786 году, поэтому названию я склонен был верить. Вот только само название ввело меня в некоторое заблуждение. Я то ожидал прочитать «анекдоты» в том смысле этого слова, которое применяется в будущем — то есть короткий юмористический рассказ. Но оказалось, что это был просто сборник историй о великом императоре. Юмора в книге почти не было, лишь жизнеописание разных ситуаций, что происходили с Петром I. К примеру, описывалась жуткая нелюбовь императора к тараканам. Стоило ему увидеть насекомое, так он сразу покидал помещение. Из курьезных случаев, которые смешными тоже особо не назовешь, меня зацепил рассказ о том, как Петр лично вырывал зуб у жены своего камердинера. И плевать ему было, что та не особо-то была рада этому, как и ее муж. Царь считал, что это необходимо сделать, причем для блага самой дамы… И сделал. Клещами. Мда. К такому стоматологу я бы тоже не пошел. Еще неизвестно, прав ли был Петр, что с зубом у той дамы было что-то не в порядке, или почудилось ему.