— Как вы это можете доказать? — невозмутимо спросил Олег.

— У нас есть свидетель.

Я выступил вперед.

— А, знакомый персонаж, — нахмурился Инквизитор, увидев меня, — теперь ты в роли шпиона?

Я принялся рассказывать о том, что увидел в лагере. Непонятное спокойствие Темного немного нервировало меня, но я был уверен в силе наших обвинений.

— Скажите мне, что он лжет, — потребовал Инквизитор, недоверчиво глядя на Олега.

— Он не приврал ни слова. Но видите ли… ваши претензии бессмысленны. Все дети находятся здесь без какого-либо принуждения, по воле их родителей.

— Вы обманули их! — воскликнул я.

— Помолчи, — остановил Скиф.

Я отступил на шаг, опустился на траву и принялся гладить рыжую шерстку Рыси. Женька глухо рычала — она еще не отошла от горячки боя.

— Может быть, кому-то из родителей и не открыли всей правды, — пожал плечами Темный, — но как это нарушает наш Договор? Этот лагерь — отличное место для мальчиков и девочек. Они занимаются спортом, играют в интеллектуальные игры. Большинство ребят — дети Темных магов. Создайте свой лагерь — мы ни слова не скажем.

— Вы склоняете подростков ко Тьме, — исподлобья буркнул Скиф, — это скрытая деморализация. Нарушение баланса Сил.

— И снова вы все неправильно поняли. Мы не толкаем их ни к чему. Нулевое воздействие. Они сами сделают свой выбор, когда вырастут.

— Но вы их подготовили к такому выбору!

— Скажите, в чем наше преступление?

— Значит, магического воздействия нет? — потемнел лицом Инквизитор.

— Вы можете лично убедиться, уважаемый, — сложил на груди руки Олег. — Если найдете хоть одного ребенка со следами деморализации — накажите меня персонально.

— Я обязательно проверю, — кивнул Кролевский, — очень уж гладко все у вас получается, Темный. Но, как ни крути, лагерь ваш — вещь крайне сомнительная. Будет серьезное разбирательство.

— На здоровье. Сразу пишите официальную бумагу на Завулона.

Нет-нет-нет, мысленно простонал я. Пока закрутится колесо бюрократии, Вальпургиева ночь пройдет. И лагерь — для чего бы его ни создавали — будет уже не нужен.

— Лагерь нужно закрыть немедленно, — процедил Скиф, — закрыть и расследовать деятельность каждого причастного, начиная с Завулона. Здесь явное нарушение Договора — иначе бы они его так не прятали.

— Прятали от таких, как вы, — усмехнулся Олег, — и, как видите, не зря. А с Договором все в ажуре. У нас есть санкция Ночного Дозора.

Скиф замер, словно налетел на стену. Рысь под моей рукой перестала рычать. В наступившей тишине было слышно, как на лугу тихонько стрекочет кузнечик.

— В таком случае… потрудитесь предъявить, — в изумлении сказал Натан Иванович.