Роду?
— Кажется, мне лучше присесть.
Гуру родовой магии кивнул, и я плюхнулся в кресло. Да уж, успел навести немного бардака в комнате: видимо, ветер, который подняли мои заклинания, разметал бумажки, сдул карту на пол. Даже кофейная пара словно отодвинулась от меня.
— Теперь это будет со мной постоянно? — спросил я.
— Не могу утверждать точно. Родовая сила тем и сложна, что у каждого рода она своя. Это формируется столетиями, влияет очень много факторов. Но для меня уже хороший знак, что она у тебя вообще проявилась. Значит, не все потеряно.
У меня в ушах все еще звенело. Но, кажется, наконец-то отпустило. Теперь я полностью владел телом и, кажется, даже начал лучше его чувствовать.
— Вы сказали, что ваш дух тоже призвали, —сказал я, когда мой визави уселся напротив.
— Да. И мне тоже пришлось поработать на свой род. До сих пор работаю. Но моя ситуация была совершенно иной. Твоя, Николай, куда сложнее. Я получил свою силу потому, что мой род оставался верен законам и обетам.
— Что это за законы?
— Не предавать клятв и обещаний, не убивать ни в каком случае, кроме защиты себя или рода, не допускать братоубийства и убийства собственной родни… Словом, жизнь, максимально близкая к праведной, насколько это возможно. Как ты понимаешь, в аристократической среде, да еще и наделенной могуществом дара, соблюдать все эти требования непросто.
Я кивнул.
— Даже и без могущества… Иные семьи похожи на ведро с крабами.
— И твоя — не исключение. Я немного подготовился к встрече с тобой, так что обладаю ключевой информацией по твоему роду. И, должен отметить, это вообще чудо, что сила у твоего рода осталась, пусть и отравленная. Кстати, забыл представиться, — он протянул руку. — Великий князь Михаил Николаевич, супруг той хорошенькой девицы, которая подбивала тебя на государственный переворот.
Я опешил.
Призванный дух рода — и великий князь⁈ Да еще и муж будущей императрицы? Что ж, тогда становилось понятнее, почему эти люди решили рискнуть с призывом. Если у этого парня все получилось, они решили попробовать снова…
На языке вертелось множество вопросов, но я заставил себя проявить вежливость и пожал протянутую руку.
— Николай Петрович Брин… Обренович, видимо.
Великий князь понимающе улыбнулся.
— Теперь, вижу, у тебя в голове кое-что уложилось. Откуда явился-то?
— Из Санкт-Петербурга.
— О, земляк. Ну наконец-то у меня появился кто-то, с кем можно поговорить об альтернативном развитии нашей родины и чтобы при этом меня не сочли сумасшедшим. — Казалось, этот парень просто забавлялся. — Но если серьезно, Коля, то лучше о призыве помалкивать. В империи почт не осталось семей, обладающих родовой магией. Да и вообще предмет этот темный, загадочный и мало поддающийся изучению. Из всей аристократии, пожалуй, только я могу что-то подсказать. Но, как я уже говорил, у каждого Рода свои секреты и законы. Поэтому первое правило — не обсуждать, что ты был призван, ни с кем, кроме тех людей, которых уже видел. Они надежные, прошли с нами огонь и воду. Но сверх этого — никому. Это ясно?