— Можно немного потише, господа? — сказал я.
Компания мигом умолкла. Официант с тихим стуком поставил мою гигантскую тарелку на стол. Аромат и вид у блюда был божественный, но я не мог в полной мере им насладиться. Потому что десять пар австрийских глаз взирали на меня с… ненавистью и презрением.
— Russische? — сказал один из них и перешел на ломанный русский. — Мы просто отдыхать. Но если это вам не нравится, ви можете выбрать другой заведение.
Я медленно повернулся к ним всем корпусом.
— Вам не приходило в голову, что это ваши манеры неуместны в данном заведении?
Официанты опасливо переместились за стойку.
«Николай, не нужно провоцировать», — ментально сказал Столыпин. — «Нам лучше не привлекать к себе внимания!»
Но было поздно. Один из компании — высокий светловолосый парниша чуть меня помоложе — поднялся из-за стола и направился ко мне. Я выпрямился, и мы встретились глазами.
— Ваше имя, господин, — потребовал он.
— Зачем? От этого вы станете вести себя приличнее?
— Я хочу знать, кто видит себя вправе делать мне замечания.
Я улыбнулся. Ну хорошо.
— Князь Николай Бринский, — спокойно ответил я.
— Какой везение. Я Фридрих фон Альтанн, — отрывисто проговорил парень, криво мне улыбнувшись. — Какой удачный встреча. Ведь именно благодаря вас моя помолвка с Элеонорой фон Герберштейн все еще не состоялась…
Глава 13
Так-тааак…
Вот, значит, главный оскорбленный. Австрийский аристократ, самая голубая кровь. И как же его занесло в Земун, интересно мне знать? Сдается мне, кто-то слил господину Альтанну, что я здесь буду. А он решил встретить меня лично.
Тогда понятно, почему вся эта пестрая компания завалилась в простой сербский ресторанчик. Нет, обслуживали здесь отлично, но атмосфера уже была больно далека от гламурной. Я еще сначала удивился, какого рожна эти щеголи здесь забыли.
А забыли они меня.
— Рад за вас, — буркнул я. — Теперь я намерен все же пообедать.
— Шьорта с два! — рявкнул Альтанн. — Вы нанесли мне оскорбление своим грубым обращением. Вы уже дважды меня оскорбили! С первым будет разбираться дворянский суд, но я не намерен прощать ваши выходки.
Ути какой злой. Боюсь-боюсь.
— И что же вы собираетесь делать? — ласково спросил я, глядя на молодого аристократа как на дитя малое.
— Я назначаю вам дуэль!
Я повернулся к Столыпину.
— Он самоубийца, да?
Андрей покачал головой и перешел на ментальный канал связи.
«Николай, не стоит реагировать поспешно. Австрийские законы суровы насчет дуэлей — за это можно лишиться дворянства».
«В Австро-Венгрии», — ответил я. — «На меня это не распространяется».