Я несколько раз прокручивал в голове ту ее просьбу. Думал, может, ее хотели выдать замуж, а она пыталась избежать этого брака? Насколько я слышал, в ромальской среде мнением девушек относительно жениха не особо интересовались. Тем более таких ценных, как Лала. Наверняка она была на карандаше у самого барона.
— Это не мой табор, — огорошила гадалка. — Я ромалка только наполовину. Но это сейчас не имеет значения. В вашей свите должен быть человек, которому следовало встретиться с агентом. Этот агент — я.
ЧЕГО⁈
Я вытаращился на Лалу во все глаза.
— Ты это серьезно?
— Нет, черт возьми, пошутить захотелось! — прошипела она. — Это же так весело — подвергать свою задницу постоянному риску. Слушайте меня внимательно. В вашей свите есть связной Тайного отделения. Мужчина. Я должна была встретиться с ним и передать сведения по обстановке в Белграде. Но он себя скомпрометировал — мои люди заметили его в компании представителя тайной канцелярии австрийцев. Есть опасения, что он скомпрометировал и меня. Нам всем опасно оставаться в Земуне. Нужно уезжать как можно скорее!
Глава 24
Скажу честно — в тот момент я удивился так, что едва не выронил из рук еще горячую плескавицу. Лала — тайный агент? Да в жизни бы не подумал. С другой стороны, именно потому они и тайные, эти агенты…
А она была великолепной актрисой, эта гадалка. У меня даже мысли не возникло, что она не та, за кого себя выдавала.
— Объясни подробнее, — потребовал я. — Кто из нашей свиты — изменник?
— Брэээ, погодите вешать эпитеты, княз! — ромалка замахала руками. — Я сказала, что он скопрометирован, но не говорила, что он изменник. Он просто встретился с человеком, который служит австрийской Тайной канцелярии. Никто их не подслушивал и запись его разговоров не вел — было невозможно это организовать. Но сам факт такой встречи компрометирует его как агента. Я не могу с ним встречаться.
— КТО⁈ — почти заорал я.
— Тише, княз. Место тут надежное, но голосить не надо. Рус это, в сером костюме-двойке, с жиденькими волосиками, очки у него еще такие… немного старомодные. Короче, клерк обычный. Но я его сразу узнала по предоставленному описанию. Имени мне не сказали. Только пароль.
Мы со Столыпиным обменялись мрачными взглядами. Сомнений быть не могло. Никита, мой секретарь.
Ах он сучий потрох! Был ведь при мне, то есть еще при старом князе, с самого Аудиториума. Хорошо же служил, душевно. Даже выпивку нам в вуз тайком проносил, деньги всегда под расчет отдавал — ни копейки себе не забирал свыше жалования. Порядочным человеком казался. Какого черта… сейчас?