— Фулл-хаус, — уважительно прогудел Зоран. — Мои поздравления, дорогой гость.
— У господина Гандольфини фулл-хаус, — отметил дилер. — Господин Бринский, прошу вас открыть карты.
Я медленно поворачивал их одну за другой. Туз пик, туз треф, туз червей, туз бубен, тройка червей…
Гандольфини и Таня вытаращились на меня во все глаза.
— Каре из тузов… Ну вы даете, ваше сиятельство! — расхохотался итальянец. — А ведь производили впечатление новичка в игре.
Я любезно улыбнулся.
— Говорят, новичкам везет.
— И все же сдается мне, что у вас не только счастливая рука, — улыбнулся он. — Или дело в ваших подружках? Быть может, они приносят удачу?
— Может быть, господин Гандольфини. Может быть…
Дилер призвал всех к спокойствию и уставился на Эдварда.
— Господин Ланге, прошу вас открыть карты.
Только сейчас он позволил себе улыбку. Нет, не победную, не удовлетворенную. Виноватую. Дескать, простите-извините, оно само так получилось.
Он медленно открыл бубновую девятку, затем десятку той же масти, валета, даму… И последним на стол лег бубновый король. Все бубны.
— У господина Ланге стрит-флэш, — объявил дилер.
Глава 19
Стрит-флэш… Черт возьми, как такие комбинации вообще могли выпасть за одну игру?
Зоран и Гандольфини буквально уронили челюсти.
— Ну вы даете, господа, — вытерев испарин с лысины, рассмеялся серб. — Такая игра! Достойная какого-нибудь чемпионата. К черту банк, проиграть таким соперникам — честь.
Судя по всему, итальянец был с ним солидарен.
— Поздравляю, господин Ланге, — улыбнулся он во все белоснежные тридцать два зуба и приподнял бокал с напитком. — Я получил настоящее удовольствие. Напомните мне больше никогда не садиться с вами за игорный стол. Вы очень опасный соперник.
Да уж. Эдвард Ланге каким-то образом все рассчитал. Если я надеялся на везение, то мой соотечественник точно не полагался на удачу. И великолепно воспользовался шансом. Я протянул ему руку.
— Благодарю за игру, господин Ланге. Это и правда было потрясающе.
Ланге слабо ответил на мое рукопожатие. Я отметил, что его пальцы были холодными. Да и весь он был каким-то отстраненным.
Распорядитель тем временем вносил пометки о результатах и приложил лист к фишкам в центре стола.
— Желаете ли еще сыграть, джентльмены?
Эдвард покачал головой.
— Увы, я пас, господа, — тихо сказал он. — Не думаю, что мне стоит дальше искушать судьбу.
— Еще бы, с таким выигрышем, — подмигнул итальянец и взглянул на мою Татьяну. — Дама позволит мне угостить ее еще одним бокалом шампанского?
Таня украдкой взглянула на меня, и я кивнул. Пусть развлекает заморского гостя. А мне теперь стало еще интереснее, как Ланге затесался в эту компанию. Предположим, что Гандольфини мог быть членом какой-нибудь мафиозной группировки. Больно уж вид у него был соответствующий. И раз он был гостем Зорана, выходило, что и серб этот тоже принадлежал к преступному миру. А раз так, то Вук наверняка должен был знать об этой парочке.