— Хотите сказать, что мухлюет само казино? — удивился я.
Вук кивнул и принялся объяснять.
— Сморите, какая изящная схема получается. Вы официально обмениваете наличные на фишки. Казино это регистрирует, все по закону, в соответствии с обменным курсом. Затем вы проигрываетесь. Или выигрываете. Снова обмениваете фишки на наличные…
До меня наконец-то начало доходить. Черт, а ведь и правда все лежало на поверхности!
— Значит, все эти чудесные комбинации — это управляемый вывод денег нужному человеку в нужном количестве, — догадался я. — Но почему бы просто не передать фишки нужной персоне?
Вук пожал плечами.
— Хороший вопрос. Возможно, потому, что казино тоже нужно выходить в плюс. Хотя, думаю, когда происходят такие вот «игры», лишних игроков за столом не бывает. Вас оставили в порядке исключения и то лишь потому, что Ланге наверняка испугался и решил вас задержать, чтобы потом прикончить. На деле все ставки делают заинтересованные люди, и они точно знают, сколько нужно проиграть и кто выиграет. К тому же служба по надзору за игорным бизнесом любит устраивать проверки. Каждая фишка регистрируется и стоит на учете в казино. Гораздо проще вывести эти деньги как легальный выигрыш. Даже с учетом того, что казино подпольное, касса-то работает официально! Поэтому после «живой» игры средства выводить проще, чем рисовать цифры на бумаге и рисковать ошибиться. Просто их проводят как выигрыш за одним из столов в публичной части.
Что ж, схема мутная, но и правда не подкопаешься, даже если очень захочешь. И раз в этот раз выиграл Ланге, значит, деньги предназначались ему. Что это — оплата за какой-нибудь смертоносный артефакт или другие услуги?
Как бы то ни было, если сделка происходила в стенах казино, значит, руководство должно быть в курсе таких манипуляций. И это приводит нас…
— Кто владеет «Фортуной»? — спросил я.
— Вот, вы наконец-то поняли, к чему я веду, — сдержанно улыбнулся Вук. — Стефан Каралис. Король игорного Белграда. Впрочем, у него есть заведения и в Черногории, и в Австрии. Грек по происхождению, но всю жизнь прожил в Сербии. Прошлое мутное, много непроверенной информации. Лет двадцать назад полностью легализовался и сейчас ведет приличную жизнь.
— Ага, очень, — ухмыльнулся я.
— Ну, по сравнению с тем, что было прежде. Говорю же вам, Николай Петрович, это Балканы. Здесь куда ни плюнь, попадешь или в вора, или в головореза, или…
— В тайного агента, — добавил я. — Или того, другого и третьего в одном лице.
— И так тоже бывает. В общем, затея рискованная. Но в случае успеха может помочь раскрыть всю схему.