– Рик любил приходить сюда.
– Неужели? – Никки попыталась изобразить беззаботность. Уловила ли Джесс напряженные нотки в ее голосе?
– Да. Он говорил, что это счастливое место. Он приходил сюда, чтобы подумать.
– О… – Никки не решалась посмотреть сестре в глаза, так как знала, что Рик приходил сюда отнюдь не для того, чтобы подумать. – О чем?
– Без понятия. О разном. Ты ведь знаешь, он всегда был глубоким человеком. Гораздо более глубоким, чем я, – вздохнула Джесс. – В нем чувствовалось нечто темное. Думаю, всему виной его воспитание. Родители. Рик переживал, что у них ничего не сложилось. Отчего чувствовал себя ужасно потерянным.
Никки судорожно пыталась придумать какую-нибудь банальность.
– Бедный Рик, – наконец сказала она, что прозвучало не слишком убедительно.
– Иногда я задаю себе вопрос, – задумчиво начала Джесс, – что было бы, если бы я не забеременела. Если бы все повернулось по-другому. Если бы в тот день он не дежурил на спасательной станции или добрался туда позже.
Никки смотрела, как внизу о скалы разбиваются волны. Она вспоминала неистовые волны в день того страшного шторма. То, как они надвигались на нее. И тот миг, когда ей хотелось остановить Рика.
– Тогда у нас всех не было бы Джуно, – тихо сказала Никки. – Невозможно представить себе, как бы мы жили без Джуно.
– Ты права. – Джесс задумчиво устремила глаза к горизонту.
Неужели сестра задавала себе те самые вопросы, которые много лет мучили Никки. Что произошло во время той ужасной бури? И когда спасатели поняли, что у них нет шансов?
– Почему ты вспомнила об этом прямо сейчас? – звенящим голосом спросила Никки.
В мозгу внезапно всплыл текст анонимной открытки. А кто еще знает?.. Новых открыток пока не было, но угроза по-прежнему нависала над ней.
– Не знаю. – Джесс покачала головой. – Быть может, все дело в двадцатилетней годовщине? Все только об этом и говорят. Зак Глейзер. Словно это чертов музыкальный фестиваль в Гластонбери или типа того. Словно мы собираемся что-то праздновать.
– Все верно, – сказала Никки. – Это торжество в честь того, что они жили.
– Лично я постоянно чувствую вину. Хотя прекрасно понимаю, что ни в чем не виновата. Они погибли, потому что были храбрыми, а вовсе не из-за того, что я где-то облажалась… – Джесс тяжело вздохнула. – Даже не знаю. Наверное, в подобной ситуации невозможно не чувствовать вины. Наверняка ты испытываешь то же самое, да?
Джесс снова посмотрела на сестру. Неужели она что-то знает? Никки бросило в краску.
– У меня целая гамма чувств. Каждый день. Но случившееся не имело к нам никакого отношения. Такие штормы всегда были и всегда будут. Отец и Рик в любом случае отправились бы спасать тонущее судно. Они были людьми долга. И нет смысла терзать себя мыслями, что ты могла что-то изменить.