Это была фотография Хелен: голова слегка запрокинута, широкая улыбка, глаза блестят, воротник белой кожаной куртки поднят.
– Ты что, снимала меня прямо здесь?! – удивилась Хелен.
– Ну да. Ты ведь не знала, что я снимаю, и реально расслабилась. В результате получилась совсем как в жизни.
– Спасибо.
Хелен была довольна, так как на фото она вышла именно так, как хотела: как женщина, которую не откажется впустить в свою жизнь мужчина определенного возраста.
Она подняла глаза и увидела, как к их столу направляется Никки. Они собирались на заседание комитета в комнате для мероприятий над баром, где со дня его основания проводились все их встречи.
– Привет, дорогая. – Хелен протянула дочери руку.
Никки поцеловала мать в щеку:
– Привет, мама. Здравствуй, Джуно.
– Ну, что скажешь? – Джуно показала фото Хелен на экране телефона. – Это фото для ее профиля на сайте знакомств.
– Отпад! – Посмотрев на фото, Никки подняла восхищенные глаза на мать. – У тебя от претендентов отбоя не будет. – Она бросила взгляд в сторону бара. – Я, пожалуй, выпью бокал вина. Ну а потом пойдем на собрание.
Что-то в ее тоне встревожило Хелен. Дочь выглядела немного уставшей. Всегда бодрая и жизнерадостная, сегодня она казалась хмурой и явно была на взводе.
– У тебя все в порядке? – спросила Хелен.
– Да, все отлично, – ответила Никки. – Сегодня днем меня вызывали на спасательную станцию. Все обошлось, но это, как обычно, жуткий напряг. И пришлось прервать встречу с новыми клиентами.
– Боже мой!
– Ничего. Они отнеслись с пониманием. Но сама знаешь, подобные вещи сбивают с толку. Короче, придется наверстывать упущенное.
С этими словами Никки направилась к бару. Хелен проводила ее глазами. Похоже, дочь слишком много на себя взвалила. Хотя, возможно, это всего лишь реакция на переезд в новый дом и волнение в преддверии беспокойного летнего сезона. Никки гордилась своей независимостью и редко обращалась за помощью.
Хелен задумалась над тем, какими непохожими оказались две ее дочери. Джесс всегда была очень капризной. Едва появившись на свет, она сразу зашлась в крике, требуя внимания. Она и сейчас оставалась чрезвычайно требовательной, в отличие от Никки, которая никогда не раскачивала лодку. Как так вышло, что родные сестры, выросшие в одной семье и получившие одинаковое воспитание, так отличались друг от друга? Это вовсе не означало, что Хелен любила одну из них больше другой. Она одинаково любила всех своих детей, хотя и по-разному. Джесс была в семье взбалмошной примадонной, Грэм – добродушным энтузиастом, а Никки – умиротворительницей и примером для подражания.