Поднимался на третий этаж, стараясь не шуметь. За стеной, я знал, спит Виталик, спит Тамара Ильинична, а на коврике в коридоре, скорее всего, спит Барон, поджидая меня.

Я вставил ключ в замок. Повернул.

— Я дома, — прошептал я в темноту прихожей.

* * *

Звонок Панкратова раздался ровно в двенадцать дня, когда я, доедая яичницу, просматривал котировки криптовалют на экране разбитого телефона. Серёга был человеком слова, что в наших широтах — вымирающая добродетель.

— Генок, здорово. Не разбудил? — голос в трубке звучал бодро, с лёгким фоном работающей рации. — Короче, есть вариант. Не «Хилтон», сразу говорю, но по деньгам — сказка.

Я отложил вилку.

— Слушаю внимательно.

— Улица Физкультурная, хрущёвка. Хозяйка — баба Валя, божий одуванчик, на днях уехала в дом престарелых. Там деменция или что-то вроде, внук суетится, хочет сдать по-быстрому, чтобы квартплата не капала. Однушка, первый этаж. Мебель есть, хоть и старая. Просит восемь тысяч в месяц. Это реально дёшево, Генок, сейчас за такие деньги только угол в общаге с тараканами снимешь.

Восемь тысяч.

В моей голове мгновенно всплыла карта города. Физкультурная — это старый район, тихий, зеленый, хоть и обшарпанный. До садика недалеко. Магазины рядом. Для Оли с Тёмой — идеальный плацдарм для отступления.

— Беру, — коротко ответил я. — Дай контакт внука.

— Пиши. Зовут Стас. Скажешь, от Сергея из ЦОДД, он поймёт.

Через две минуты я уже набирал новый номер. Гудки шли долго и лениво.

— Алло? — голос молодого парня был сухим и безразличным.

— Станислав? Это Геннадий. Я по поводу квартиры на Физкультурной. Мне Сергей контакт дал.

— А-а, да… — парень зевнул. — Ну, можно посмотреть. Только там, знаете, бабушка жила… Вещи ещё не все вывезли. И цена… Я подумал, восемь — это как-то совсем благотворительность. Десять хочу.

Я усмехнулся. Классика. Увидел спрос — поднял цену. Инстинкт барыги просыпается быстрее совести.

Макс Викторов внутри меня поправил воображаемый галстук. Переговоры — моя стихия. Неважно, идет речь о слиянии корпораций или аренде «бабушатника». Принципы одни.

— Стас, послушай меня, — мой голос стал жестче, приобрел те самые металлические нотки, от которых потели топ-менеджеры. — Я знаю этот дом. И знаю состояние квартир после пожилых людей. Там ремонта не было со времен Олимпиады-80. Балкона на первом этаже нет. Окна, скорее всего, деревянные, сифонят.

Пауза в трубке. Он не ожидал напора.

— Ну, окна да… Но район…

— Район спальный. За десять тысяч я найду вариант с косметическим ремонтом и стеклопакетами. Ты сейчас будешь искать клиентов месяц. Показы, звонки неадекватов. А коммуналку платить тебе.