— Я минут на двадцать, Кэти, — ответил артефактор голосом, полным смиренной нежности. — Срочное дело.
— У тебя все дела срочные! — Девочка топнула ножкой в очаровательном пушистом тапочке с помпоном. — Уходишь до завтрака, приходишь после ужина! Нельзя так, Рон!
Не выдержав, Гай посмотрел на малышку внутренним зрением — сестра Янга, если он правильно понял, кем Рону приходилась эта девочка, тоже была магом. Слабее, чем Янг, но всё же силы немалой — энергетический контур у девочки был на пятьдесят магоктав.
— Прости, котёнок, — вздохнул парень, наклонился, погладил надувшегося ребёнка по голове, что-то прошептал на ухо, и Кэти, согласно кивнув, всё-таки развернулась и ушла обратно. Почти сразу после этого Гай ощутил вкуснейший запах жареной картошки и чего-то мясного — по-видимому, в той стороне была кухня, — и ему показалось, что он сейчас в обморок упадёт.
— Судя по вашему голодному взгляду, вы уже стены готовы грызть, — услышал Гай смеющийся голос Янга и развернулся к нему. — Тогда давайте так: сейчас мы с вами всё обсудим, а потом вы у нас поужинаете.
— Я? — изумился Гай, не веря, что слышит подобное от этого человека.
— Да, — кивнул Рон. — У меня правило: не приглашать в дом аристократишек, но вы сейчас не он. Так что можно.
— Ах, вот в чём дело, — улыбнулся Гай, сдерживая хохот — настолько лукавым ему в этот миг казалось лицо Янга. — Тогда я с удовольствием принимаю ваше предложение.
— Отлично. Идёмте. Поскорее закончим — поскорее поедим.
Запустив в волосы пятерню, Рон высушил их заклинанием, но больше ничего делать не стал, так и продолжив энергично шагать вперёд без рубашки, будто это не было вопиющим нарушением правил приличия.
Через полминуты после того, как они вдвоём пересекли маленькую и уютную гостиную, наполненную мягким вечерним светом, Рон толкнул узкую дверцу, защищённую магией настолько мощно, что Гай сразу понял, куда его ведут.
Это была лаборатория. Конечно, разве Янг мог обойтись без лаборатории в собственном доме? Мало ему помещений Института артефакторики, видимо. Не зря на него сестра ворчит.
Впрочем, кто бы говорил — Гай тоже всегда был одержимым наукой, Амира как только его ни обзывала — и книжным червём, и пробирочником, и пыльным пауком. Пауком — потому что он брал кровь у испытуемых… и после они непременно умирали от магического рака.
— Здесь раньше находилась мастерская моего отца, но после его смерти я оборудовал лабораторию, — сказал Янг, проходя внутрь. Дождавшись, когда Гай войдёт, захлопнул дверь, поставив на неё магическую печать против открытия с другой стороны, активировал сразу кучу плетений — у Гая в глазах аж засияло, и он непроизвольно начал оглядываться, считывая формулы из окружающего пространства.