— Посмотрим, — рассеянно ответила Виктория, глядя на фонтан, который из-за буйства красок вырывающейся из него воды казался сейчас радугой, невесть откуда взявшейся посреди зимнего дня. — Сколько ещё продлится заседание, я же не знаю. Если до самого обеда, то предпочту не тратить время на прогулки.
Гай понимающе кивнул, но ответить не успел — позади них раздался знакомый голос Рона Янга:
— Доброе утро, ваше величество! И вам тоже доброе утро, ребята.
Императрица и Гай обернулись и успели заметить, как Рон кивает её охранникам, а те отвечают ему такими же короткими кивками.
— И вам доброе, Рон, — дружелюбно откликнулась Виктория. — Рада, что ваш фонтан вновь работает.
— По-другому и быть не могло, — мимолётно усмехнулся артефактор, подходя ближе. — Я что-то не поинтересовался накануне, надо исправиться. Как вас зовут? — обратился он уже к Гаю, и тот назвал своё имя, подозревая, что вчера Янг всё-таки ещё не до конца разобрался с его личностью — однако теперь, похоже, сомнения рассеялись.
— Кстати, Рон, — произнесла Виктория, слегка понизив голос, — Гай хотел что-то с вами обсудить. Вы сможете уделить нам несколько минут после заседания?
— Ваше величество, — улыбка Янга стала ироничной, — разумеется, я могу. Только у Болдиуса в подобном тоне ничего не спрашивайте. Вы не должны интересоваться — вы должны ставить перед фактом. Особенно его. Он не из тех, кого волнует вежливость, он признаёт лишь силу.
— Я помню, Рон, — серьёзно ответила Виктория. — Но вы — совсем другое дело.
— Несомненно. Однако вам сложно с такими людьми, я это вижу. Вы привыкли быть деликатной, а с ним деликатность нужна меньше всего. Уверен, сегодня он попытается продавить какое-нибудь своё решение — не поддавайтесь.
— Вам он не нравится, да, Рон? — мягко улыбнулась императрица. — Удивительно в таком случае, почему вы не отговорили императора от кандидатуры Болдиуса на пост моего заместителя.
— Потому что Болдиус — хороший артефактор, — спокойно пояснил Янг, отчего-то вновь посмотрев на Гая. — А характер… В нём для меня нет ничего нового. Обычная аристократическая спесь. Именно эта спесь едва не довела нашу страну до катастрофы, и будет символично, если главное открытие сделает не менее замороченный собственной важностью аристократ.
Гай не выдержал и фыркнул — столь забавно обо всём этом говорил Янг. И насколько же он не любит аристократов, уму непостижимо!
— Между прочим, вы на него похожи, — не выдержал и всё-таки высказался Гай с лёгкой иронией. — Я имею в виду Болдиуса. Может, родственники?
— Если и так, то дальние. Бастардом был мой дед, но, кто являлся его отцом, я не имею понятия, — пожал плечами Янг. — Впрочем, мы проверим эту теорию, как только научимся определять вид скрытой родовой магии в крови более очевидных кандидатов, нежели я. Пока я списываю эту похожесть на обычное совпадение.