Весна 2018 года

Мюнхен, Бавария

Южный вокзал Мюнхена встретил Леа утренней суетой и ароматом свежей выпечки и крепкого кофе, соблазнительно щекочущим ноздри. Желудок призывно заурчал, напомнив, что накануне девушка пренебрегла ужином, а булочка с яйцом под сырной корочкой – недостаточная замена полноценному обеду. Но Леа отмахнулась от этих мыслей. Она так спешила отделаться от назойливого попутчика, что пробкой выскочила из здания вокзала, позабыв не только об обеде, но и о встречающем ее на перроне профессоре. Научный руководитель Леа, Илиас Штайн, прибыл в Мюнхен накануне и обещал подбросить ассистентку до гостиницы.

Отель в Берге, где остановились основные докладчики, Леа, как аспирантке, не полагался. Пришлось самой забронировать недорогой пансион в центре города. И хотя дорога от Мюнхена до Берга занимала порядка часа, это было мелочью. Главное, что заявку на участие вообще одобрили. Для диссертации Леа и академического портфолио само присутствие на симпозиуме значило многое. Да и студентам вечерней школы будет о чем рассказать.

Немного отдышавшись, Леа огляделась.

Что-то было не так.

Она потянулась к плечу и… замерла. Там, где обычно висела тяжелая кожаная сумка с ноутбуком, камерой и материалами для работы, было пугающе пусто.

– Только не это, – прошептала Леа, с ужасом вспоминая мягкое кресло во втором классе, головокружение после сна, навязчивого весельчака и свой поспешный побег в духе героини Джулии Робертс.

Пальцы заметались по карманам в поисках телефона – но и он остался в чертовой сумке! Паника медленно подползала к горлу, готовясь впиться в него ледяными пальцами. Только не это. Панические атаки давно уже не навещали Леа, и она искренне верила, что излечилась от них. Но сейчас волны удушья постепенно накатывали, разгоняя по телу страх.

– Все в порядке, милая? – На плечо Леа легла тяжелая мужская рука.

Девушка резко обернулась и застыла, удивленно моргая.

Над ней склонился высокий мужчина. Не молодой, но принадлежащий к тому типу людей, которых возраст только красит. Легкие морщинки на лбу и в уголках глаз, благородные проблески седины в темных волосах, большие светло-карие глаза с озорным блеском, густые брови и щегольские усики. Вылитый Шон Коннери из «Горца», если бы не безупречно строгий современный костюм темно-серого цвета.

– Ты Леа, верно? – Мужчина приветливо улыбнулся.

– Да. – Девушка рассеянно кивнула, смутившись от фамильярного тыкания. – Герр… А откуда вы меня знаете? – уточнила она, прежде чем осознала: они знакомы. Симпатичный, но навязчивый профессор из Фрайбурга. Несколько раз приезжал с лекциями к ним в институт. Специализируется, кажется, на дохристианских временах, хотя последние годы в основном писал мемуары.