Какая наглость! Не в силах совладать с королем, он грозит его близким! Да еще и не стесняется упоминать те самые дьявольские силы.
Тяжело дыша, Людвиг перевел взгляд на стол. Из конверта выглядывал еще один лист – тот самый доклад. Король взял его дрожащими от негодования пальцами.
Его Превосходительству… Отто фон Бисмарку… Доношу до Вашего сведения, что кончина короля Баварии Максимилиана II… не была скоропостижной болезнью… Смерть носила преднамеренный характер и наступила в результате отравления ядом сложного состава…
Значит, смерть отца была не трагедией, а хладнокровным убийством. Бисмарк не просто угрожал – он наглядно демонстрировал, что не шутит. Людвиг отшвырнул письмо в сторону и громко выругался. Какой он, к чертям, король, если канцлер соседнего государства дергает его за нитки, как куклу в дешевом балагане?!
Тихо скрипнуло окно. Граф Макс всегда появлялся неожиданно, предпочитая протокольным дверям обходные пути. Он спрыгнул с подоконника и молча положил перед королем послание Софии.
– Ваше величество, решил по дороге к вам заглянуть в Поссенхофен. Мне было по пути.
Людвиг кивнул. Добрых вестей он уже не ждал, но тут шантаж, гнусные снимки, предательство герцога Максимилиана… Король почувствовал, как смыкаются челюсти капкана: с одной стороны – угроза войны и смерти, с другой – публичное бесчестие невесты.
Последнего он допустить не мог.
– Мы расторгнем помолвку, дружище. Немедленно, – глухо произнес Людвиг, присаживаясь за стол и роняя голову на сложенные руки. – Я официально объявлю, что передумал. Пусть пресса терзает меня одного, а София останется вне подозрений.
Макс тяжело вздохнул. Он встал за спиной монарха и похлопал его по плечу.
– Вы уверены, что они выполнят условия?
– Должна же в Бисмарке быть хоть крупица чести? – Людвиг мрачно усмехнулся. – Иначе его мрачные покровители могут разочароваться и отвернуться.
– Но если пойти на поводу этих людей однажды, если принести в жертву их планов доброе имя…
– Какое, к чертям, имя, Макс? Я люблю Софи больше всего на свете, поэтому должен отказаться от нее. Как в чертовом романе. Да и если бы речь шла об обычных людях! Боюсь, мы вступаем в противостояние с силами, от которых любой разумный человек держался бы подальше.
– Разумный? – Хольнштайн приподнял бровь. – Значит, не мы?
– Не мы, – вздохнул Людвиг. – Тебя я попрошу об очередной услуге.
– Я весь внимание.
– Мне нужны все возможные сведения о деятельности ордена «Круг Тевтона».
Глава 11 Первая улика
Апрель 2018 года
Берг, Бавария
Друзья подбросили Леа до гостевого дома, а сами разъехались по делам: Стаси – в Мюнхен, на встречу с подругами, Райнер – в госпиталь. Оставшись одна, Леа задумалась, что делать дальше. Со смертью Штайна ее работа на симпозиуме, по сути, закончилась. Самостоятельного доклада у девушки не было, а ассистировать больше некому. С другой стороны, она оставалась единственным представителем их университета, и ей в любом случае надлежало собрать материалы и подготовить отчет о симпозиуме для коллег.