Сегодняшние мероприятия отменили, но завтра работа должна продолжиться в штатном режиме. Нужно было сделать несколько звонков. Попросив у Хайке чашку капучино, Леа устроилась в старом плетеном кресле на веранде. После недолгого колебания она набрала номер отца.

Долгие гудки, и наконец в трубке отозвался бодрый, немного запыхавшийся голос:

– Леа, дочка? Рад тебя слышать! Как там ваш симпозиум?

– Пап, ты что, на марафоне? – удивилась Леа. Куда бы отцу бежать?

– Что ты! – рассмеялся Томас Тиль. – С моей формой о марафонах можно только мечтать, сидячий образ жизни дает о себе знать. Вот Карла и выгнала меня на пробежку. Так как дела?

– Дела неважно, – вздохнула Леа и поникла. – Профессор Штайн вчера умер.

– Илиас?! – по голосу было слышно, насколько отец обескуражен. Когда-то, еще в студенчестве, они приятельствовали. – Но как же так?

– Несчастный случай. В том самом месте, где нашли маму. – Она запнулась, вспомнив кровь на виске профессора. – Просто упал и разбил голову.

– Так нелепо. Мне жаль, Мышонок. Очень жаль. Он был неплохим человеком.

– Пап, я была там, – немного подождав, призналась Леа. – Говорила с ним перед тем, как врачи его забрали. Он говорил о маме, просил прощения. Может, ты знаешь, за что он мог извиняться?

На том конце повисла долгая пауза. Потом отец тихо выдохнул:

– Может, не стоит ворошить прошлое, милая?

– Я бы и не стала. Да только… – Леа не хотела говорить про паническую атаку, но тон отца подсказал, что лучше быть честной до конца. – Пап, тут еще странность случилась. Мы с друзьями, пока свободное время было, решили съездить в Нойшванштайн и… – Она запнулась. – Мне вдруг стало плохо. Очень плохо.

– Понятно. – Казалось, эта новость удивила Тома меньше, чем гибель старого приятеля. – Этого следовало ожидать. Такие вещи без следа не проходят. Эх, говорил я Элизе, что надо дольше работать с психологом!

– Что ты имеешь в виду?

– Ты тогда была совсем малышкой. Лет пять, может, даже меньше. Но очень непоседливой, не то что сейчас. Тот отпуск мы решили провести в Баварии. Элиза ее обожала. Она хотела показать нам Нойшванштайн. Правда, ты была убеждена, что мы едем в Диснейленд. Даже не заметила подмену, – он невольно хохотнул.

– Я такого не помню, – изумилась Леа. – Вообще!

– Неудивительно. История вышла странной. Ты исчезла практически у нас на глазах. Побежала вперед, в следующий зал и… как сквозь землю провалилась! На ровном месте. Мы с охраной обошли весь замок. Перекрыли все входы и выходы. До сих пор страшно вспоминать, что мы с Элизой тогда пережили. Нашли тебя через два часа – сидела в том самом зале как ни в чем не бывало.