Стаси перевела взгляд на озеро, где в лучах солнца тяжело перекатывались волны.
– Но пару лет назад он внезапно возник здесь, у моих родителей. Заявился в наш гостевой дом совершенно случайно, просто проезжал мимо в поисках вдохновения – и наткнулся на меня. Наша дружба возобновилась, но так и не переросла во что-то большее. Хотя… я все еще надеюсь.
Она вновь посмотрела на Леа и добавила с мягкой, почти вкрадчивой усмешкой:
– В общем, сестренка, я за честное соперничество. Поэтому открываю карты сразу.
– Соперничать? – Леа яростно замотала головой. – Глупости. Я же сказала: болтливые мужчины меня раздражают. Я скорее по твоему Стражу начну сохнуть.
– Угу, – протянула Стаси, не сводя с нее внимательного взгляда. – Я так и поняла. Надеюсь, осознание правды не станет для тебя слишком болезненным сюрпризом.
Леа фыркнула и отвернулась к окну, делая вид, что изучает лодку у пристани. Но в груди неприятно кольнуло – чувство, слишком уж похожее на ревность. Хотя какая могла быть ревность к человеку, которого она знала всего полдня?
Глава 7 Часы пробили полночь До сих пор нерешенной загадкой остаются взаимоотношения Людвига и композитора Рихарда Вагнера – пожалуй, самого скандального музыкального деятеля XIX века. Вагнер чувствовал, что мир классической музыки и традиционных драматических жанров стал слишком тесен, – и начал перестраивать его под себя. Он радикально реформировал жанр оперы, безжалостно ломая устоявшиеся каноны, при этом не терпел критики. Одни им восхищались, другие ненавидели. Вагнер впервые начал использовать германскую мифологию как основу для своих произведений. Наиболее отчетливо это проявилось в цикле из четырех опер под общим названием «Кольцо нибелунга». Его музыка стала гимном крепнущего немецкого национализма. Людвиг с детства любил произведения Вагнера – в тот период еще не слишком отходившие от классических сюжетов. В частности, на будущего короля большое влияние оказала опера «Лоэнгрин». Несомненно, Людвигом двигала лишь любовь к искусству, когда он приглашал Вагнера в Баварию. Кто-то считает, что молодой король в силу романтичности своей натуры, помноженной на юношеский максимализм, использовал открывшиеся возможности для воплощения мечты – быть ближе к своему кумиру. Кто-то ищет в этой истории «двойное дно» и предполагает другие причины – политические, финансовые и даже мистические. Фактом является то, что Людвиг спустя всего пару месяцев после коронации поехал в Швейцарию, на встречу с Вагнером. Более того, он оплатил счета скандального композитора и помог ему перебраться в Баварию. Впрочем, баварцы не оценили такой «подарок», и вскоре Вагнер был изгнан из Мюнхена. Изгнан – но однажды вновь вернулся… Из доклада Элизы Бауэр на студенческой научной конференции