— Не люблю Продавцов, — вздохнул Андрей.

— Именно Продавцов, не Инсеков? — полюбопытствовал я.

— Всё это договор, договор зверей окраски разной[1], — бомж хихикнул. — Пойду я к Серёже, посижу до утра, почитаю ему… А вы приходите на новоселье! Там, дальше по бульварам! К Володе я пойду, к Высоцкому. Пил он ещё больше Есенина, но надрыв у него другой, деятельный. Да, деятельный у него надрыв! А Серёжу я не выдерживаю, всего-то день с ним провёл — в глазах чёрная жуть! Но надо, надо и его навещать!

Он побрёл обратно к памятнику, недовольно отмахнувшись от бибикнувшей и притормозившей машины.

А я покачал головой и двинулся дальше.

У Комка стояли две девушки, мрачновато-суровые, в джинсах и рубашках мужского кроя. На меня они глянули настороженно и оценивающе. Подёргали дверь, пошептались, потом с явным недоумением отошли. Комок выглядел… ну, как комок. Бесформенная масса размером с двухэтажный дом, упавшая когда-то с неба и застывшая. Зато дверь была самая обычная — деревянная, со старомодной ручкой-скобой.

— Закрыто, — сообщила мне одна девушка.

Похоже, они были свои, сёрчеры, хоть и незнакомые.

— А вы с лутом? — спросил я и заслужил презрительно-насмешливый взгляд.

Без лута в Комок можно войти лишь один раз. Продавец расскажет, что именно ему нужно, покажет разноцветные кристаллики, продемонстрирует разные ништяки, которые у него есть. А в следующий раз двери откроются, лишь если ты найдёшь кристаллы.

— Странно, — согласился я. Но всё-таки дёрнул ручку.

Дверь открылась.

— Эй, мы раньше пришли! — возмутилась девушка.

Я отпустил ручку и пропустил девчонок.

Дверь захлопнулась у них перед носом. И открываться не захотела, сколько они её ни дёргали.

— Знаете, кажется, Продавец ждёт меня, — сообщил я.

Та девица, что пообщительнее, рассмеялась. Потом посерьёзнела и замолчала. Спросила:

— Так бывает?

Конечно, я не собирался рассказывать ей лишнее.

— Говорят, если Продавцу нужен какой-нибудь особый кристалл, — сказал я, — то он первым впускает сёрчера, который его принёс.

— А что у тебя? — поинтересовалась девица. Вопрос был не очень приличный, но я ответил:

— У меня? Блюк в форме пирамиды.

— Редкая штука, — согласилась девица. Помялась, посмотрела на подругу. — Ну попробуй снова.

Я дёрнул ручку, дверь открылась.

— Без обид, — сказал я и вошёл в Комок. Добавил: — Вряд ли вам стоит ждать, это может затянуться надолго.

Внутри помещение было разделено серым матерчатым занавесом, идущим от самого потолка. Потолок слабо светился, воздух стал ощутимо прохладнее — Продавцам нравилась температура около пятнадцати градусов. Большую часть Комка отделял высокий прилавок, за которым колыхался занавес и стоял Продавец — похожий на крупного человека, закутанного во множество накидок. Так мог бы выглядеть какой-нибудь пузатый арабский шейх, попавший в холодный климат, или солдат наполеоновской армии, намотавший на себя кучу тряпок при отступлении из России.