Сажусь вместе с Мирой, малышка устраивается на моих коленях и внимательно рассматривает Марата.

— Плинц… — выдает весело, и советник президента обращает свой взгляд на малышку. Не знаю, чего жду… Но успокаиваюсь, когда недовольства на лице Умарова не наблюдаю.

Наоборот, мне кажется, что у него глаза добреют на мгновение.

— Мы уже выяснили, что я Марат, — отвечает Мире как взрослой и моя девочка начинает звонко смеяться.

— Плинц Малат!

Бизнесмен улыбается лишь слегка, уголками губ, и мне на секундочку кажется, что черствое сердце этого мужчины может дрогнуть, но его мобильник звонит и Умаров становится привычно собранным.

А я перевожу взгляд на стол, который завален всевозможными блюдами. Интересно, стол ломится, а вот Марат по своему обыкновению пьет только черный крепкий кофе. Я помню каждую из его привычек, и они не изменились.

— Вы не распорядились насчет того, что бы хотели на завтрак, поэтому я выбрала несколько, а для малышки есть несколько видов каш.

Обращаю взгляд на женщину и киваю с благодарностью. Может, она и явно относится ко мне предвзято, но со своими обязанностями справляется более чем хорошо.

— Спасибо, — отвечаю коротко и убалтываю Миру, чтобы она открыла ротик.

Слышу краем уха, как общается Марат. Голос ледяной. Приказы в основном. Он ворочает огромными суммами, от него зависят жизни и благополучие людей.

Сложный мужчина. Очень…

Наконец, откладывает телефон, а я как раз заканчиваю кормить дочку.

— Выдвигаемся, — опять приказывает.

Мужчина поднимается, и я следую за ним. На улице уже ждет люксовый седан. Дорога до медицинского центра проходит в полном молчании. Умаров работает, а я занимаю дочку мультиками.

Наконец, машина останавливается на парковке белоснежного здания больницы. Явно новое строение. Уже с первого взгляда понятно, что здесь лучшее оборудование. Лучшие условия. Это не та больница с облупившимися стенами, куда я возила дочь.

Неожиданно Умаров поворачивается ко мне.

— Готовы? — интересуется скупо, а вот на дне его дымчатых глаз вижу резкий всполох. Вспышка. Острая. Яркая. Опасная до жути…

У меня по спине сразу же мурашки бегать начинают, руки холодеют, и капелька пота скатывается вниз по шее так, что я вздрагиваю.

Прямо сейчас. В это самое мгновение мне Марат словно шанс дает передумать.

Дает возможность сказать, что я соврала, дает возможность признаться в своей ситуации, отступить…

Это похоже на последнюю просьбу перед казнью, когда мой палач вдруг решает дать мне шанс…

Улыбаюсь грустно. Мне отступать некуда. Я пойду до конца.

Поэтому я киваю.

— Да, — отвечаю тихо, надеясь, что голос не дрогнул.