А оказалось, ничего особенного, просто отличный исполнитель. Знавал я таких. Когда чуваку даются ресурсы и полномочия, и он с успехом выполняет поставленные задачи. А сам на роль лидера и не претендует.

Да и беседа со мной… Видимо, он из тех людей, что хотят все контролировать, никому не доверяя. При всей загруженности, решил лично изучить меня, прежде чем принять решение.

Но это все фигня. Мучил вопрос, где блять, товарищ Ежов? Почему еще не пинают по ребрам Тухачевского, и не выбивают зубы с глазами Блюхеру? Где кровавые репрессии? Откуда здесь и сейчас взялся Лаврентий Павлович?

И, где наконец товарищ Сталин? Свежие газеты, которые я зачитываю до дыр, о нем не упоминают. А ребята, с которыми я теперь вроде как служу, и проходил подготовку, лишь пожимают плечами. Ну да, член ЦК, в охране у него трое обычных сотрудников по скользящему графику. Никаких личников. Ничего особенного, что бы, Боб, им так интересоваться.

Утром, после ужина с наркомом, мной занялись. Посадили в незнакомый мне автобус ЛАМ-8, и отвезли в Кремль. Пока в автобусе рассаживалась, как я понимаю, дежурная смена и другие служивые, побеседовал с водителем. Он просветил, что автобус простроен на базе грузовика МАЗ, произведенного на Московском Автозаводе. Там выпускают, в основном, грузовики. И легковушки, для правительства и такси. А автобусы делают в Ленинграде.

Но отсутствие в этой реальности бренда ЗиС, ерунда, по сравнению с моим служебным функционалом.

С ним, поначалу, меня ознакомил товарищ Лозгачев. Начальник отдела, в управлении Госбезопасности, занятого охраной первых лиц государства.

Беседа началась с того, что меня поставили в известность: я теперь — Роман Олегович Борисов. Вот, для начала, часть твоих документов, распишись. Ксива, с НКВД на корочке,( я младший лейтенант, ого!) водительское удостоверение с фото, автомобильная книжка машины Кадиллак, зарегистрированной в Москве. Остальные, обещал выдать позже.

— Секретным решением Наркома, утвержденным руководством страны, — сообщил Лозгачев — к охране товарища Калинина привлечены «м»- одаренные.

Дальше он поведал, что меня ждет подготовка на полигоне отдельного батальона охраны. И, что в мои прямые обязанности входит, находится во время дежурства не далее трех метров от охраняемого лица. Способ и форма моего применения, окончательно определится немного позже. С чем я и был выпровожен в объятия Чашникова.

Тот разъяснил мне скрытый смысл начальственных речей. Что и как делать, будем думать, и отрабатывать на полигоне. Дело то новое. Таких как ты, в охране еще не было.