— Если Калинин тебя спросит, о чем говорили, передай ему, что все мужчины- фанфароны. Этими всеми намеками, он меня не успокоит, все равно я своего добьюсь.
Девица уже сидела рядом с водителем, и всем своим видом меня не замечала. Сотрудница села на заднее сидение. Я помог Надежде Константиновне устроится, и протянул ее трость. Захлопнул дверь. Ролс Ройс уехал.
Почетный караул бодро скрылся в главном корпусе, и я остался один. Уже начало темнеть, я закурил и подумал, что будь у меня выбор, я бы конечно подался в Нар Образ. Если там такие сотрудницы, то оно того стоит.
А то ведь, здесь меня так и будут подставлять под раздачу. Это только сегодня обошлось.
Но я не унывал. Правила понятны, и мы еще посмотрим, кто кого.
Глава 12
На Тишинский рынок я приперся за электрочайником. Примус в квартире, не внушал мне доверия.
Тот, кто разжигал паяльную лампу, со мной согласится. Примус, это — та же пояльная лампа, только в гриме. Тоесть, так же качаешь, и стоишь потом в стороне с опаской, слушая реактивный вой, и нюхая запах сгоревшего керосина. Такой квест с утра, что бы всего лишь забадяжить чайку, изрядно злил.
Ребята, клерки из Особого Отдела, посоветовали сходить на рынок. Пояснили, что промышленность уже освоила производство электрочайников. В магазинах то, их разбирают как горячие пирожки. Поэтому проще купить на рынке втридорога.
С народом из Особого Сектора, что, являлся канцелярией Политбюро, а по сути — Калинина, я поладил на удивление быстро.
Для начала, зацепился языком с молодой девчонкой стенографисткой. Ирочка Розенгольц, смешная и славная, в юнгштурмовке, с короткой прической, глазастая и серьезная. Сразу же заявила мне, что не родственница, и, у нее есть жених, работает на «Серпе и Молоте». Правда, что есть такой крупный партфункционер — Розенгольц, я узнал позже. Но не стал уточнять, да и вообще, больше молчал. Она отлично справлялась за двоих.
От нее то, я и узнал кучу тонкостей работы в аппарате. Большие то начальники, дали расписаться в инструкциях, и сочли что я теперь вкурсе. А вот ходить на обед — лучше в нижнюю столовую. Порции больше, проверено. И народ попроще, а в верхней — одно начальство. И еще кучу полезных сведений. Ну, куда идти за копиркой и лентой для пишмашинки, как позвонить дежурному по канцелярии, и прочие мелочи, что сильно облегчают…
С реферантурой же, вышло и вовсе, по всем правилам больших корпораций.
В следующий, после явления товарища Крупской в Кремле понедельник, ко мне в закуток заглянули двое.
Один из них был Олег Полянский. Перед многолюдным совещанием у Калинина, по поводу какой то партийной конференции, он первым подошел ко мне познакомиться. Представился секретарем комсомольской ячейки. Крайне вежливо расспросил, кто я и что. Посочувствовал, что я не в рядах.