— И как же вы намерены меня использовать, Лаврентий Павлович? — поинтересовался я, когда он закончил свою короткую лекцию.
Тот помолчал. А потом, медленно, и тщательно артикулируя сказал:
— Ты, Боб, поступаешь в личную охрану товарища Калинина.
Я удивился. После сегодняшних испытаний, я ожидал чего то диверсионно- зверского. Потом задумался. Мы помолчали.
— У вас, товарищ Берия, есть основания для беспокойства?
Нарком раздраженно бросил салфетку на стол.
— Сколько хочешь. Военные, мечтают идти в поход на Европу. В партии, сплошные брожения, про ускорение индустриализации и распространение революции. А присяга — не панацея. Достаточно убедить себя, что товарищу Калинину необходим отдых.
Мы еще помолчали. А потом Берия снова заговорил:
— В документах ты будешь проходить как Роман Олегович Борисов, так ведь твоего деда звали? Нам нехватало еще запросов на экстрадицию. Твоим начальником будет Лозгачов, глава службы охраны первых лиц. Непосредственным командиром у тебя будет Чашников. Пройдешь обучение и вперёд, согласно контракту. Давай, Боб, выпьем, да поеду я. Дел — невпроворот.
И он снова налил. И я сказал:
— Одну минутку, Лаврентий Павлович. В контракте прописано предоставление мне удобного и комфортного жилья. Может быть вам в казарме уютно. Мне — нет.
Мы чокнулись и опрокинули.
— Нет, ты как есть американец. Наглый, и своего не упустишь — ответил Берия вставая — все решишь с Лозгачевым. Там тебе что то готовили.
Провожая его к машине, что, похоже, вопреки всех правил, подъехала прямо к столовой, я не смог удержать своего внутреннего пи@добола:
— Жаль, Лаврентий Павлович, общество «Долой стыд» у вас прихлопнули. Думал оттянуться…
— Оттянуться⁈ Что за… а! Ничего, Роман Олегович, сходишь в баню, с девками. Попарят. Невелик расход, с твоей то зарплатой.
— Эти ваши бани, Лаврентий Палыч… весь мир их называет ужасным бесстыдством.
— За скромность, мистер Смайли, у нас не доплачивают. Так что не изображайте. До встречи.
Он сел в авто и уехал. Я почесал репу и подумал, что все получше, чем я ожидал.
Глава 9
После моего попадания прошло три недели. Сегодня у меня первый рабочий день. Я, в составе группы встречающих, почтительно замер у входа в Сенатский Корпус Кремля, в ожидание приезда Михаила Ивановича Калинина.
Пролетевшие дни, вместо того, что бы как то адаптировать меня в этой реальности, наоборот, привели в еще большую задумчивость. Окружающая действительность абсолютно не соответствовала истории, которую я знал. Пускай знаю я мало.
Беседа с Берией, толком ничего не прояснила, да и не впечатлила. Вокруг фигуры всемогущего наркома со временем сложилось столько мифов, что даже я ожидал чего-то демонического.