Изнутри, словно из раны, хлынула густая, тёмная серебристая волна — арамитовое масло. Оно растекалось по земле, шипело, испуская едкий запах, от которого першило в горле. Масло собиралось в лужи, в канавки, в углубления — будто само искало дорогу.
Когда поверхность успокоилась, перед ними предстал квадратный силуэт.
Угловатый. Тяжёлый. С рёбрами брони, которые отражали свет.
Фишбой присвистнул — коротко, уважительно, как человек, который увидел старого знакомого, с которым у него сложные отношения.
— Надеюсь, он проработает хотя бы часов пять.
Рик криво усмехнулся.
— Полчаса хватит.
Командир наёмников поправил шляпу, глядя на танк так, будто видел старого друга, который пришёл на вечеринку, где его точно не ждали, но без которого всё равно ничего не выйдет.
— Ну что, — сказал он. — Пойдём постучимся к барону. Раз уж он не хочет выходить.
Он повернулся к Рику, и в его голосе впервые за ночь прозвучало что‑то похожее на азарт.
— Пусть маги колдуют, запускают свои вихри. Пусть коты ломают магические щиты. А мы… Мы будем действовать иначе.
Танк тихо загудел, словно соглашаясь.
И ночь над поместьем Помпидура стала ещё темнее.
Глава 32. Отступление
Мы с Оксаной выскочили из коридора на открытую галерею — и мир перед нами взорвался светом и звуком. Особняк кипел, как раскалённый котёл. Воздух дрожал от магии, от криков, от выстрелов, от хаоса, который будто прорвался в наш мир из чужой, безумной реальности.
Помпидур стоял в центре двора, как скала, как памятник самому себе — только этот памятник был живым, яростным и смертельно опасным.
Вокруг него клубились вихри воздуха, плотные, как стекло. Пули влетали в них и гасли, будто натыкаясь на невидимую стену. Каждый жест барона — короткий, точный, почти ленивый — рвал пространство и врагов, поднимая в воздух каменную крошку, обломки, пыль. Казалось, сам воздух вокруг него стал оружием.
А кот… Кот носился по двору, как умалишённый. Красно‑оранжевые знаки хаоса вспыхивали у него под лапами, выстреливая в наёмников с частотой автоматического пулемёта. Он прыгал, кувыркался, исчезал в вихрях и появлялся снова — маленький, лохматый, смертельно опасный. И только когда он пронёсся мимо меня, я заметил на его спине маленький рюкзачок. Откуда он его взял? И главное — что там внутри? Вопросы пришлось отложить.
— Оксана, найди обелиск баланса в кабинете и жди там, — сказал я, не сводя глаз с боя. Девушка поборола секундное сомнение, кивнула.
— Береги себя, — бросила менталистка и исчезла в коридорах особняка, растворившись в полумраке, как тень.