— Алиса, — сказала она, — Дамир Андреевич просил передать, что сегодня ужинает в городе, вернется поздно.

— Хорошо, спасибо, — кивнула я, стараясь удержать беззаботное выражение лица.

— Я тоже уйду пораньше, — добавила Мария. — У меня сестра приехала, хочу навестить. Вы не против остаться одна?

— Конечно, нет, — ответила я. — Идите, конечно. Я большая девочка, не пропаду.

Она улыбнулась и ушла, а я осталась сидеть с книгой в руках, чувствуя, как внутри разрастается пустота.

Весь огромный дом опустел окончательно. Охрана, конечно, была на месте — я иногда видела их фигуры на мониторах в холле, когда проходила мимо, — но они не в счет. Они были частью этого места, как стены, как мебель, как картины. А живых людей не осталось.

Я поужинала одна в огромной столовой, слушая, как ветер завывает за окнами. Потом поднялась к себе, долго стояла под горячим душем, пытаясь согреться, но холод был внутри, и вода не могла его прогнать.

В одиннадцать вечера я лежала в кровати, глядя в потолок, и слушала тишину.

В час ночи я не выдержала. Накинула халат, вышла в коридор и спустилась вниз. Сама не знаю, зачем. Наверное, надеялась, что он уже вернулся и тоже не спит, стоит у окна в холле, что я в этом огромном доме не одна.

Но холл был пуст.

Только луна заливала серебром сад за огромным стеклом, и античная богиня в фонтане казалась призрачной, почти нереальной.

Я подошла к окну, прижалась лбом к стеклу и закрыла глаза.

— Где ты? — прошептала я в пустоту.

Я простояла так минут десять, может, больше. Потом развернулась, чтобы идти обратно, и замерла.

На лестнице, на нижних ступенях, сидел он.

Просто сидел, обхватив голову руками, ссутулившись, и вид у него был такой, что сердце сжалось.

— Дамир? — позвала я тихо.

Он поднял голову. В полумраке его лица было почти не видно, но даже так я поняла — что-то случилось.

— Ты снова здесь, — сказал он хрипло. — Я думал, ты спишь.

— Не спалось, — ответила я, подходя ближе. — А Вы давно вернулись?

— Час назад, — он провел рукой по лицу. — Не мог заставить себя подняться.

Я села рядом с ним на ступеньку, не спрашивая разрешения. Между нами оставалось сантиметров двадцать — достаточно, чтобы чувствовать тепло его тела, но не касаться.

— Что случилось? — спросила я.

— Ты знаешь, — заговорил он после долгой паузы, не глядя на меня, — я иногда думаю: а что, если бы все сложилось иначе? Если бы я не пошел по этому пути, не ввязался во все это... Если бы я был просто обычным парнем, который вкалывает с девяти до шести, приходит домой, смотрит телек и не думает каждую минуту о том, кто кому должен, кто на кого готовит покушение, какие документы нужно подписать, чтобы завтра не грохнули.