Княжну я в основном игнорировал, словно её и не было, но теперь видел: она смотрела как загнанный волчонок — подойди ближе, укусит. Понятно, такое кино бьет по голове, как кувалдой. Сюзанна, хоть и смотрит эти фильмы каждый день, до сих пор каждый раз в диком восторге и непонимании. А вот Ольгу оно не сломало, а лишь заинтриговало. Что гораздо опаснее.
Привычно раскланявшись с бдительно сидящей рядом с комнатой Сюзанны графиней Румянцевой, я постучал в дверь, не дождавшись ответа, вошёл. Сюзанна и Ольга сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу, обе зарёванные и взлохмаченные. Перед ними на низком столике забытые всеми блюдо с пирожками, вазочка с печеньем, чашки, кофейник.
— Сволочь ты, Вадбольский! — выдохнула Сюзанна, вытирая щеки. — Я теперь неделю спать не буду, пока не выплачусь!
— Все нормально, ваше сиятельство, — пожал я плечами, наливая себе кофе в маленькую, других тут нет, чашечку, другой рукой хватая с блюда пирожок. — Наука успокаивает, а искусство создано для того, чтобы людей вздрючивать.
— Зачем? — всхлипнула Сюзанна.
— Затем, что люди не смеют успокаиваться. Так велел Господь. Вздрюченность — это основа, чтобы оставаться человеком. Слезы очищают!
В этот момент на меня исподлобья взглянула Ольга. В её глазах, ещё влажных от слез, читался не шок, а холодный, аналитический интерес.
— Вы на что-то намекаете? — спросила она тихо, но четко.
Я, ускоренно жуя, выставил перед собой ладони, изображая полную невинность.
— Ни на что не намекиваю! Разве я посмел бы с вашей светлостью, у которой такое особенное чувство юмора, что мне аж страшно?..
Княжна бросила на меня беглый взгляд, но я торопливо допил кофий, заталкивая в рот пирог, быстро вытерся салфеткой.
— Дамы, прошу извинить, но дела, дела…
И быстро покинул комнату, оставив их в обществе херувимов, вакханок и невидимого оркестра.
Глава 4
У меня едва зубы не стерлись под корень, когда я стиснул их до скрипа. Как же много нужно сделать и как много важного и ценного могу сделать, но вместо этого обязан вон наряжаться «как положено» и спешить на приём, и так опаздываю, а опаздывать могут только князья и герцоги, даже графам это в укор, но уж никак не бароны.
А на приёме чем я должен заниматься? Да тем, что никогда не пригодится: увиваться за дамами, им это нравится, а для мужчин я становлюсь нормальным кадетом, хвастаться подвигами, хоть в попойках, хоть в ухаживания за барышнями, стараться завязать полезные знакомства… Полезные? Что, на этих приёмах могу встретить Лобачевского, Пирогова, Бутлерова или хотя бы эти приёмы посещают Скобелев, Тотлебен, Чернышевский, Герцен, Боткин, Толстой, Достоевский, Тургенев?