— Не знаю, — ответил я честно, — пока грабим всё, что плохо лежит, а там дальше по ситуации.
Он сказал рассудительно:
— У этого барона несколько новеньких грузовиков. Даже не знаю, зачем ему…
— Для нас приготовил, — ответил я. — Проследи, чтобы вывезли всё ценное.
— А дом сжечь?
Я поколебался, ответил с неохотой:
— Нет…
— Почему?
— Жалко, — признался я. — Его строили, головы ломали, украшали… И вообще, теперь это мои земли! Может быть, удастся закрепить, тогда уж лучше с целым домом!
Он посмотрел на меня как-то странно, но в голосе прозвучало уважение:
— Ну и размахи у вас, ваше благородие.
Интересно, куда сбежал Флер де Пуа. Вряд ли прямо к Леонтьеву, та сволочь хитрая, я не я и лошадь не моя, де Пуа туда, скорее всего, ход заказан. С другой стороны, если побежит прятаться к графу, то тем самым точно укажет на графа, как своего покровителя тёмных дел, только выковыривать его будет сложнее, у графа не просто особняк, а замок, и охраняет его немалая армия.
К тому же у графа большая часть гвардии обеспечивает порядок на мануфактурах, в шахтах, рудниках, на заводах. Нет, с графом закусываться не стоит, спустим это на тормозах, сделаем вид, что ничего про их связь не знаю, ведь не пойман — не вор.
Часть третья Глава 1
Прошёл месяц с момента последнего визита княжны Ольги Долгоруковой в моё имение, я уже и забыл о своей нелепой помолвке, сколько воды с тех пор утекло, со стороны императора пришло деликатное напоминание, правда, не от него лично, а от Рейнгольда, что в курсе всех планов Российского Самодержца.
Мягко поинтересовался, как идёт подготовка к свадьбе, не нужно ли чем-то помочь, есть ли какие-то трудности.
И, главное, уточнил весьма настойчиво, когда я смогу снова принять с визитом княжну Ольгу Долгорукову, а то любые связи испаряются, если их не поддерживать.
Нарочный, как и положено по его должности, «…физически крепкий и с решительным находчивым характером», как записано в требованиях, явно из бывших фельдъегерей, повышен в должности до «курьера по особым поручениям» или «курьера при органе особой важности», сейчас в неподвижности ждёт немедленно ответа.
Нарочный — высшая каста курьеров, хорошо быть правительственным чиновником высшего ранга, нарочный прикреплен только к нему и не выполняет никаких поручений помимо прямых указаний Рейнгольда быстро и точно доставлять послания.
Уже давно испарились, мелькнула мысль, да их вообще-то и не было, каких-то связей. Ладно, надо придумать, почему сейчас нельзя, как и завтра-послезавтра, это стерпят, а вот через недельку, а лучше через месяц… У нас же неторопливая Россия, величественная как слон и неповоротливая, нечего суетиться, как мышь, через месяц день в день будем счастливы её принять, угостить, будем весьма рады и счастливы…