Две трети людей сами напросились на принятие в подданство, когда им рассказали про здешние порядки, остальных, ими были почти все европейцы, Юрий пообещал следующей осенью отправку на родину через московские земли, снабдив за службу золотыми дукатами. Причем, свое обязательство собирался выполнить в точности, рассчитывая, что по европейским странам пойдут слухи, и хоть так он получит определенную поддержку, пусть даже переселенцами или наемниками…
— О чем задумался, пан круль?
— Надо брать Керчь и Арабатскую крепость, атаман, — Юрий повернулся к подошедшему Сирко, на помолодевшем лице старого казака блестели глаза — удачное начало пиратства раззадорило ветерана многих набегов, как всех запорожцев, хотя они потеряли в схватках две сотни «лыцарей» и десяток «чаек» и стругов.
— Надо, — кивнул казак, соглашаясь, — Нагрянем, пока нас не ждут, а потом пойдем на Кафу!
— Ты меня не понял, Иван Дмитриевич, — усмехнулся Юрий. — Я собираюсь взять себе Керчь и Арабат, и там закрепиться. Всерьез и надолго бы сказал, но не знаю — османы двинут флот, да и татарам такая заноза сильно не понравится. Но лучше встречать их там, а не в Донском лимане, принять бой на дальних подступах.
— Так вот что ты задумал, — Сирко усмехнулся и очень внимательно посмотрел на Галицкого. — Ты учти, Юрий Львович, османский флот подойдет. И тебя оттуда выковыривать начнут сразу.
— Затоплю торговые суда в проливе — забью им трюмы камнями плотно, и будут заграждать фарватер, пока осенние шторма не разобьют. Потом заграждение можно и подновить. И учитывай — я за ним мавны поставлю, их пушки тоже защитой послужат доброй.
— Тогда тебе заодно на той стороне десант высадить нужно, государь, — кошевой атаман говорил серьезно, глаза его потемнели. — Таман брать, там османская крепость Хункала. Дальше Темрюк у перешейка, крепость маленькая, на песке стоит. На него донцы несколько раз набеги устраивали. Там узость, местность дурная, болота везде, Кубань полноводная. Пару земляных укреплений возведешь между лиманами — ногайцам дорогу закроешь. А до Анапы далече — пока турки спохватятся, и войско вышлют, успеешь свои редуты построить и пушки поставить…
Сирко остановился, напряженно размышляя о чем-то. Принялся набивать люльку, оглядывая корабли, и копошившихся на них моряков. Объединенная эскадра готовилась к отплытию, середина июня на дворе, самая время в поход выходить, пока в Крыму таких «визитеров» не ждут.
Юрий молчал, пыхая сигарой и молча ждал слов старого казака, который был серьезно озадачен таким вариантом развития событий. Да оно и понятно — одно дело набег за добычей, а тут запредельно дерзкое и опасное предприятие предлагают — попробовать закрепиться на берегах пролива и перенести войну в Крым…