— Так ты добил её? — Роман подошел так близко, что едва не дышал кодексу в лицо. — Лиливайсс мертва?

— Она была при смерти, — уклончиво ответил он. — Важно не это. Мне помешали убить их обоих. Кто-то постоянно вмешивается в ваши планы, господин.

— Я знаю, — нахмурился Роман и отвернулся. — Надо было добить гада на месте. Ему наверняка помог кто-то из своих. Даже после боя с Владыкой и его предательства все равно находятся те, кто помогает этому подонку!

— Кто-то из знати?

— Да, свои же, — кивнул Роман. — Они что-то замышляют, я же вижу. Они улыбаются в лицо, но в душе ненавидят меня. Глава совета, Аракчеев, а может и Пожарский… все они думают, я не заслужил своё место. Наверняка среди них еще остались предатели, кто-то же снабжал бунтовщиков оружием и координировал их.

— Ваши гвардейцы работают над этим, хозяин, — напомнил Аластер, внимательно следя за расхаживающим вперёд-назад Романом.

— В моём окружении нет людей, кому я могу доверять. Они точно замышляют что-то за моей спиной, зуб даю, — хмыкнул он. — Они не верны мне, как были верны отцу.

— Угрозы и деньги не дают лояльности, хозяин, — кивнул Аластер. — Но вот страх… он заставит их уважать.

— Я знаю, — он замер у саркофага и обернулся. — И знаешь что, я сделаю свой ход. Василий!

Дверь в зал скрипнула и секретарь торопливо подошел к императору.

— Ваше величество? — он с опаской покосился на исходящий паром саркофаг.

— Сколько осталось до окончания срока, который не дал совет великих родов?

— Пять дней, ваше величество, — моментально ответил он.

— Всё решится через пять дней, — Роман торжествующе улыбнулся Аластеру. — Василий, вели назначить церемонию коронации! Пусть начинают приготовления немедля!

* * *

Я вернулся в выделенную мне комнату, устало сел в кресло и закрыл глаза. Голова гудела от мыслей, требующих приведения в порядок. Да и ноющее от многочасового напряжения тело буквально умоляло об отдыхе.

Планирование будущей операции шло шесть часов. Напряженных, изматывающих. Со спорами, ультиматумами и угрозами.

И всё же мы пришли к согласию.

Работы впереди было — уйма, и даже так мы могли не успеть с подготовкой. Отдыхать придётся по пять-шесть часов. Но прямо сейчас меня это не волновало.

— К чёрту всё, спать… — я вытянулся в кресле, устраиваясь поудобнее, и накрыл лицо полотенцем. Сон мгновенно сморил меня, утягивая в водоворот странных образов и картин. Но едва в них начали угадываться лица Лиливайсс и других кодексов, как раздался стук в дверь.

— Братик, ты у себя? Можно войти?

Сон сразу как рукой сняло. Снова навалилась тяжесть в плечах, а уставшие руки заныли.