Смесь седативных препаратов и обезболивающего окончательно ударила в кровь. Рэй успел лишь увидеть через прозрачное стекло, как грудная клетка Лилиан снова ровно и спокойно поднимается, прежде чем его собственный восстановительный бокс заполнился медицинским гелем, и он провалился в целебный, беспамятный сон.

Лили очнулась резко, как от толчка. В то же мгновение, стоит ей открыть глаза и сделать глубокий вздох, датчики капсулы сработали: механизмы тихо зашипели, и полупрозрачное стекло плавно отъехало в сторону.

Оглянувшись, она сначала даже не поняла, где находится. Помещение выглядело строго и утилитарно, практически без мебели: только ряды медицинских терминалов, мерцающие диаграммами стойки и сами восстановительные боксы, вмонтированные прямо в стены.

Вокруг витал знакомый запах озона, антисептиков и стерильной свежести. В полутьме отсека тихо, ритмично пульсировали световые индикаторы, отбивая показатели больных. Лили оперлась локтями о бортик и с трудом приняла сидячее положение. Голова немного кружилась, но судорожная боль в ногах и удушье в груди прошли — целебный гель, капельницы и автоинъекторы сделали своё дело, оставив лишь лёгкую слабость во всём теле.

Опустив босые ноги на прохладный металлический пол, она обнаружила, что её облегающий защитный костюм снят. Вместо него на девушку надели просторную, явно не по размеру, тунику из плотной серой ткани — длинную, доходившую почти до колен. Её переодели, как только процедура первичной регенерации завершилась.

Рядом стояло ещё несколько капсул, где в мутноватом растворе покоились другие члены экспедиции.

Вокруг не было ни души. Лилиан бросила взгляд на цифровой циферблат над дверным проёмом — прибор показывал глубокую ночь. Покой медотсека нарушало лишь ровное гудение системы вентиляции да приглушённый бубнёж дежурных врачей, доносившийся из смежного кабинета за неплотно прикрытой перегородкой.

Она спустила ноги на пол, поежившись от прохлады, пронзившей голые ступни.

Медленно, всё ещё чувствуя лёгкое головокружение, Лилиан прошла по холодному металлу к соседнему ряду боксов. В одном из них, погружённый в прозрачный гель, лежал Рэймонд. На нем не было брони, а сквозь мутноватое стекло проглядывали следы от заживляющих пластырей и лазерной обработки на плечах и груди.

Лили осторожно приблизилась и положила ладонь на прохладную поверхность капсулы, медленно погладив стекло прямо напротив его лица.

— Рэй... живой... — выдохнула она хриплым, сорванным голосом.

Слабо, но невероятно облегчённо улыбнувшись, она перевела взгляд на мерцающий монитор над боксом. Зелёные линии пульса выравнивались, показатели костной регенерации и давления пришли в норму, сигнал о стабильности горел ровным светом. Он был в порядке. Он просто восстанавливался.