— Да, после смерти Александра Павловича страшные произошли события. Ныне принято его эпоху восхвалять, сравнивая с Республикой. Россия, которую мы потеряли, хруст французской boules… Увы! — денщик ещё подлил вина, Паскевич, сделав большой глоток, продолжил. — Покойный император возомнил себя великим стратегом, а русскую армию сильнейшей в Европе. Оттого опыт двенадцатого года и европейского похода мало учтён был, а введена сплошь показуха и бравада. Царя волновали парадный лоск, строевая выправка и послушание. Вы служили за океаном, а в России в то время генералы поделились на бдящих и стоячих. Не слышали? Самые бдительные не брезговали согнуться до земли, дабы проверить равнение носков инфантерии или копыт кавалерии. Некоторые же, тщась угодить государю, не жалующему складки на форме, строили отдельные мундиры «для приёмов» стоя, ибо при попытке сесть или согнуться трещали швы. Как говаривал один штабс-ротмистр, не служба, а одни экзерциции в экзерциргаузе.

Командующий повёл рассеянным взглядом, словно созерцая минувшее.

— Слава Богу, меня подобные нелепости обошли стороной, — вставил я для поддержания беседы.

— А Пажеский корпус, мой Бог, что там творилось! — вздохнул князь. — В дни несения службы во дворце воспитанники корпуса, одев поутру мокрые лосины, сушили их у печки на теле, а затем солдаты выносили юношей, вытянувшихся гвоздиком, и укладывали их в сани или на повозки. Так и везли во дворец, там расставляли как кукол в положенных местах. Главное — без единой складки на лосинах! Печально, что нелепо было в армии, трагично — что также во всём Отечестве. Декабристы и Пестель не могут иметь оправданья, но они вскрыли огромный гнойник, зараза от которого разъедала всю Россию.

Паскевич закурил трубку с длиннющим мундштуком.

— Я к тому это длинно рассказал, потому что русская история — зело извилистая и непредсказуемая. Кто знает, может лет через сто какой-то новый отечественный карамзин напишет, что декабристы — ангелы во плоти и борцы за прогресс, а монархия — суть реакционная и крайне вредная штука. Бумага стерпит любую глупость, не удивляйтесь, граф. Но мы живём сейчас, должны разбить турок и вышвырнуть их из Крыма.

— Вы так легко говорите об этом, Иван Фёдорович.

— Потому что знаю их. Османы сильны лишь при трёхкратном превосходстве в числе, сейчас и двух не наберётся. В артиллерии у нас преимущество, не считая бронеходов, они — тоже артиллерия, но подвижная и защищённая. Первую битву мы не просто должны выиграть. Я обязан сохранить армию достаточной силы, чтобы очистить Крым от нехристей. Тут, к сожалению, время против нас играет. Они подвозят подкрепления морем, а Черноморский флот совершенно расстроен. Хотя пару сюрпризов моряки обещают… Посмотрим!