— И ты? — осторожно спросил он.

— И я. Как же иначе? Такова судьба. Никто не приходит в такую жизнь, потому что подал заявление в волшебную академию. Укус. Проклятие. Ошибка. Случайность. Несчастный случай, — я встал, протянул ему руку. — Но это не значит, что с тобой что-то не так. Это значит, что тебе нужна помощь.

— Какая помощь? — спросил он, и в его голосе забрезжила надежда.

— Давай попробуем решить хотя бы одну проблему. С оборотничеством, — сказал я. — Не сказать, чтобы это было просто. Одевайся потеплее, покатаемся.

Руслан моргнул.

— Выходить на улицу? — Он огляделся вокруг. — А здесь ты мне не можешь помочь? Трах-тибидох-тибидох. Почему не здесь? Боишься, что я диван порву? Или дом разгромлю?

— Нет, — ответил я, направляясь на кухню. — Причём тут диван? Для ритуала нужны особые условия. Не всё так просто. Собственно, в жизни почти всегда всё не просто.

Я поднялся на первый этаж и начал собирать то, что мне было нужно, в том числе залез в тайник.

Руслан уже стоял в коридоре, в куртке и ботинках. Он старательно хмурил брови, придавая себе серьёзности, как будто мы собирались на приём в государственную структуру, а не «в поля».

* * *

Градообразующее предприятие — кирпичный завод встретил нас грохотом. Не чем-то мистическим, а вполне земным звуком разгружаемого оборудования, лязгом металла о бетон, покрикиванием рабочих и гулом лебёдок.

Руслан остался в машине возле проходной, сидел, уткнувшись в телефон. Я видел в зеркале, как он хмурился, читая что-то про барсуков на форумах. Наверное, всё ещё надеялся найти там что-нибудь героическое.

Охранник пропустил меня как почтальона, и я побрёл между корпусами.

Котляров стоял у грузовика спиной ко мне, руки в боки, голова чуть запрокинута — классическая поза директора завода, который следит за тем, чтобы краны не падали, а люди не бездельничали. Он был похож на генерала перед битвой, только вместо солдат у него были сварщики, а вместо карты наступления — пачка накладных.

— Виктор Сергеевич!

Он обернулся. Лицо усталое, но глаза горят.

— О, Вадим, привет! — Он протянул руку. — Как раз вовремя. Смотри, какую красоту доставляют.

Я пожал руку и посмотрел туда, куда он кивнул. Рабочие в оранжевых жилетах осторожно спускали с грузовой платформы массивный металлический короб размером с «Газель», увешанный проводами и табличками с красными восклицательными знаками.

— Оборудование? — спросил я, потому что понятия не имел, что это за фиговина.

— Да. Отменное, новое, производительность как у целого цеха. Всё привозят по графику. В первый раз за тридцать лет сталкиваюсь с тем, чтобы работа велась по плану. Ставим всё, что нужно. Подключаем. Всё работает, все успевают, недопоставок нет, поломок нет, сетевые компании выдали техусловия за три дня — без взяток, без волокиты, просто взяли и выдали. Я даже боюсь. Пугает меня, когда всё идёт хорошо. Так не бывает, что-то должно срываться, ломаться, кто-то уходить в запой…